Книга Эпоха Опустошителя. Том I, страница 118 – Вел Павлов

На секунду возникла пауза, но напор сатира заметили все присутствующие главы. Даже Кайса загадочно усмехнулась, удобнее устраиваясь на импровизированном троне.

— Ты полностью прав, Ян, — невозмутимо согласился Хаззак, не обращая внимая на собеседника. — Тебе и вправду показалось.

От услышанного Нефрит Ксанта невольно фыркнула и со скучающим видом вновь приготовился наблюдать за очередной схваткой бывшего смертника.

— Нет, мой друг, — отрицательно отозвался сатир, предвкушающе обнажая клыки. — Ты что-то знаешь. Может снова устроим пари?

— Что предложишь? — спокойно вопросил совершенный. — В прошлый раз ты проиграл и лишился особняка. Хочешь опуститься до низменного золота?

— Фу, Дэймон, золото⁈ За кого ты меня принимаешь? — с наигранным негодованием выпалил безупречный. — Неужели ты считаешь, что два гордых аристократа не найдут нечто более интересное для ставки? Вообще-то, мне по-прежнему необходима твоя «Горечь».

— Цену ты знаешь, — пожал плечами совершенный.

— Два ядра легендарного класса, — выпалил как на духу терат, глядя в глаза собеседнику.

На миг образовалась тишина, а лица присутствующих благородных выказали изумление. Безразлична ко всему осталась только Нефрит Ксанта.

— Ты совсем сдурел, Ян? — ощерилась хмуро Креамх. — «Горечь» тянет максимум на одно.

— На одно он не согласится. Я в курсе, что она дорога ему как память, — самодовольно заметил сатир. — Не так ли… Изувер?

Стоило терату огласить старое прозвище, как практически моментально правители домов стали переглядываться между собой, не веря в услышанное. Даже нимфа гор невольно сосредоточилась и безмолвно сверлила взором мужчин. Однако на удивление сам Изувер остался беспристрастен. Второе имя Хаззака знали многие. Тем не менее, единицы в Аххесе смели говорить ему это в лицо.

— Ян, у тебя чересчур длинный язык, — раздался необычайно спокойный голос горгоны. — Когда-нибудь он станет причиной твоей гибели. Но ставка, есть ставка, — прищурилась лукаво девушка. — Каков твой ответ, дядя Дэймон?

— Я согласен, моя госпожа, — расслабленно отозвался Хаззак, поднимая безэмоциональный взгляд на терата. — Два легендарных ядра чудовищ против «Горечи».

— Мараал, не стой столбом, — поторопила Кайса замешкавшегося вассала. — Скука меня убивает.

— НАЧАЛИ!!! — самодовольно выкрикнул сатир, во все глаза наблюдая за двумя бойцами в яме.

* * *

Рёв терата не успел затихнуть, а истязатель из нижней стойки уже рванул вперед. Нет, противник не двигался наобум. Навстречу он рвался с умом. Всем мерещилось, что свист сабель — это единственное, что разносилось над бойцовской ямой.

А вот я своё оружие даже не думал пока вынимать из ножен. Скорость. Сила. Выносливость. У черного всего имелось в достатке. Он был неоспоримо сильнее прошлого оппонента, но за мной не поспевал всего на долю секунды.

Что ж, по крайней мере, ныне я чувствую, что закалённый истязатель мой настоящий ранг. Разумеется, если я хочу победить. Если против выйдет кто-то мощнее, то наши силы станут равными и всё усложнит моя неспособность убивать. Однако если прибегнуть к неистовству…

На Терре я был одним из лучших, но в Альбарре я один из бесчисленного множества.

Лезвия рассекали воздух в опасной близости от лица, горла, ног, груди. Наличие у врага парного оружия усложняло процесс битвы. Уклоняться и перекатываться получалось в самый распоследний момент. Из-за неспособности убить я выбрал наилучшую для себя стратегию. Само собой, с подачи Бетала. С детства в приюте я сражался вторым номером отдавая инициативу в руки оппонента и от своих привычек отступать не намерен. Даже здесь. Мне достаточно одной мельчайшей ошибки, чтобы перевернуть схватку в свою пользу. Пока другие пытаются удивить публику своими скрытыми талантами я попросту отступаю и выжидаю удобный момент.