Книга Между смертью и смертью, страница 8 – Юрий Соколов

Неприятности пришли откуда меньше всего ждал. Исключением из правила неожиданно оказались эльвейские разбойники. Титулы они не уважали. Как и все остальное, чем я мог блеснуть на их родине. В том числе им было пофигу, что я с ними на одних пажитях вскормлен. По крайней мере это касалось банды, где-то через неделю окружившей меня на полуденном привале в тихом лесочке. Я как раз варево готовил, устроившись на живописной поляне, и слегка задумался. Может ведь человек немного расслабиться?

Может. Только поступать так не стоит, когда ты находишься хрен знает где и вокруг бродит хрен знает кто.

Посмотрел я на коллег и понял по встречным взглядам вот это самое: не уважают! Ну и кто тут возьмется учить их хорошим манерам, если не я? Культура всегда с большим трудом прокладывает себе путь в глубинку. И на каждом ее носителе лежит особая ответственность.

— Что ж ты без свиты странствуешь, княже? — насмешливо спросил главарь. — И конь у тебя хороший, и доспехи. А с головой, видать, совсем плохо, коль шатаешься в одно рыло по нашим краям.

— Бывал в краях и похуже, — ответил я, снимая с костра котелок, чтобы варево не подгорело, пока дерусь. — И дураков встречал ядренее вас, хоть и редко. Подумали бы сперва, не слишком ли крут для вашей петушиной команды тот, кто путешествует ничего не опасаясь?

— Ты?.. Крут?.. — заржал главарь. — Сидел здесь, зассав глаза и засрав уши, — и крут?

— Размяться на вас захотелось, — бессовестно соврал я, игнорируя справедливую критику. — Одиннадцать обалдуев — самое то материал для битья.

Это главарю уже смешным не показалось. Бандиты вышли на поляну всемером. Остальные засели в кустах под отличной маскировкой, и не думали, что я их так быстро обнаружу. А не мешало подумать. Опрометчивый это подход — ориентироваться на уровень жертвы, и только на него. Даже те, кто ничего не знает о клане Нагибатора и системе прокачки непобедимых, должны держать в памяти, что занижать себе уровни способны довольно-таки многие развитые ребята. А кто так не умеет, может обратиться за помощью к волшебникам. Личины тоже никто не отменял. Как и другие хитрости.

Я считал, что оценил противников более трезво. У главаря был шестьдесят пятый уровень — то есть, формально, на две ступеньки выше моего. Воин-маг, но не шибко продвинутый, а остальные ниже, хотя некоторые вплотную приблизились к шестидесятому. Как, например, кастер банды, стоящий на границе зарослей, готовый отступить под их защиту и прикрытие затаившихся стрелков. Он блокировал порталы на поляне, посчитав, что важнее лишить слишком большой свободы передвижений меня, чем предоставить аналогичную свободу главарю. Пожалуй, мы с Люцифером могли прорваться к магу мощным слаженным броском и прикончить. Но не лучше ли опробовать «Преодоление чар»?

Заклинание сработало. Блокировка не сгинула тихо: о ее кончине оповестил громкий хлопок. Бросив Люцу по мыслесвязи пару коротких фраз, я портировал себя и его в лес, в тыл стрелкам. Сам побежал к одному, конь поскакал к другому. Укокошив их, мы тут же вернулись на поляну, причем наши маршруты пересеклись на вражеском маге. У Люцифера на роге шанфрона болтался убитый разбойник, которого конь не смог сразу стряхнуть, и магом пришлось заняться мне. Он успел метнуть в меня файербол, урон от которого поглотили доспехи, загородился огненной стеной, обезопасившей его примерно никак, и упал, разрубленный до пояса.