Книга Две короны, страница 61 – Юрий Соколов

— Тогда зачем ты здесь? Ради чего пришел? Почему говоришь с ничтожеством?.. Позволь тебе не поверить. Анзенкам для тебя все же ценен. И я уже назвал плату за него.

— Я пришел посмотреть на глупца, который сам себя обрек на ад, вздумав вымогать у меня принадлежащие мне души! Да, маг Эгланана позаботился о том, чтобы дочь Гамбара воссоединилась с папенькой, и предал ее мне. Как и ближайшего сподвижника капитана. Но ты не получишь никого из троих; тем более — всех троих. Все, что ты получишь — это встречу с ними. После которой вы уже не расстанетесь.

Зал исказился со скрипом и стоном, точно могучая сила пыталась не то раздвинуть стены, не то скомкать их вместе с содержимым комнаты, и прежде всего со мной. Собиратель демонстрировал свою мощь, а я ничего сделать не мог, кроме как полагаться на магический круг, волшебство Арха и данное Агапэ обещание. Трон подо мной дрожал; пол вибрировал так, что по нему скользили ноги. «Львиное сердце» на шее нагревалось все сильнее, отражая волны психологического воздействия, и не приходилось гадать, что это были за волны. Камни магического круга полыхали сгустками чистого огня, противопоставляя давящей на них злой силе свою упрямую силу. Демон менял формы, иногда застревая в промежуточных состояниях — особо жутких и омерзительных. Пусть забавляется. Главное, чтобы не сделал такого, от чего у Агапэ опять слетят предохранители. Сейчас я не в Хабелле, где были одни враги. И вдруг богиня даже надо мной забудет Покров поставить? Она ведь сейчас следит за нами…

Да, она следила.

В воздухе перед кругом будто вспыхнуло маленькое весеннее солнце, теплое и приветливое. Быстро потускнев, оно превратилось в Чашу жертвенной любви, из которой пить и приятно, и горько. Агапэ давала понять Собирателю, чтоб не слишком дурил, или ее вмешательство неизбежно. Вот чего не отнять у истинных светлых, так это готовности вкупиться за тех, за кого они обещали вкупиться, причем несмотря ни на что. Едва знамение исчезло, солнце загорелось вновь. Однако это уже было безжалостное раскаленное светило мертвых пустынь. Оно породило анх — Ключ жизни, похожий не то на крест распятия с кольцом, не то на петлю с бантиком для гламурной виселицы. Видать, Сехмет прискучило работать страшилкой на заднем плане, в то время как коллега смело вышла на передний, и она решила от пассивной роли отказаться. Собиратель еще повыделывался, показывая, что никого не боится, и прекратил уродовать зал.

— Чем ты недоволен? — спросил я. — Тебе предлагают хорошую сделку: верного адепта в обмен на трех ноунеймов. Или кто-то из них по неизвестным мне причинам важен для тебя? Если да, то кто? Гамбар? Мэлори? Рудж? Скажи, и мы это обсудим.

— Я не буду с тобой ничего обсуждать! — ответил демон. — Ты заслуживаешь вечных мук уже за то, что заставил меня повторить это дважды. Даю тебе время до утра. Не позднее первого луча Анзенкам должен получить свободу и по праву принадлежавший ему титул. Иначе наказание для всех штурмовавших замок, и тебя в первую очередь, будет гораздо тяжелее того, что вам уже обеспечено.

— Да соси ты у мерина, свинокозлище замогильное! — не выдержал я. — Ты только что говорил, что Анзенкам для тебя ничего не значит, пустопорожнее трепло! Откуда ж вдруг такая забота о нем?.. Не ты мне даешь время до утра — я тебе. Потому что утром Анзенкам будет казнен. И предотвратить это ты не сможешь даже в том случае, если Агапэ и Сехмет лишат меня покровительства. Попробуй только дернись — и непобедимые уделают тебя, как Хонора уделали, когда он к ним в лагерь сунулся! Катись отсюда и тешь себя надеждой, что когда-нибудь рассчитаешься со мной. Но у тебя не получится. Если есть в Версуме по-настоящему конченая мразь, так это ты. Если стоит иметь в жизни смертельного врага, то тебя. И клянусь, я тебя уничтожу! УНИЧТОЖУ, понял? Абсолютно! Тебя не будет! Не будет!!!