Книга Мой лифт — Моя крепость, страница 107 – Андрей Проходский, Павел Кабаргов

Я перечитал.

Потом посмотрел на куклу и провёл большим пальцем по её волосам.

— Спасибо, Лена.

Аккуратно посадил Машу возле стены.

Потом посмотрел на «Спящего исполина».

— И тебе спасибо, толстяк.

Несколько секунд подумал.

— Прекрасно. Уже благодарю тряпичную куклу и нарисованного покемона. Ещё немного — начну советоваться с полкой.

Я перевёл взгляд на дешёвую пластиковую полку.

Она всё так же стояла пустой.

— Даже не надейся, хрень бесполезная.

Стало почти нормально.

Осмотрел порванную одежду, потом лежащий возле створок «Вепрь», разгрузку и разводной ключ.

И только после этого взгляд упал на ноутбук.

Замер.

Наташа...

Лена...

— Блядь.

Я оставил их на тридцать втором этаже.

Велел перекрыть лестницу и запереться в квартире. А потом пропал почти на двое суток.

Хорошо хоть перед отключкой хватило мозгов спустить Комнату вниз.

Я резко шагнул к ноутбуку и тут же схватился за край сундука, когда бедро напомнило, что «резко» пока лучше исключить из словаря.

— Потом поболишь, — бросил я укоризненный взгляд на взбунтовавшуюся конечность, но при этом всё же аккуратно присел на пол напротив компьютера.

Открыл изображение внешней камеры.

Коридор был пуст.

На секунду я даже расслабился.

Никаких гоблинов, человеческих тел или маломальского движения.

Но всё равно что-то было не так.

Я придвинулся ближе к экрану.

Брус.

Его не было.

Я тут же перевёл взгляд к квартире Наташи.

От увиденного всё внутри провалилось.

Дверь была открыта настежь.

Дверь квартиры была открыта настежь.

Несколько секунд я просто пялился в экран, словно ждал, что это просто какая-то ничего не значащая мелочь. Сейчас из квартиры выйдет Наташа, за ней появится Лена, кто-нибудь захлопнет дверь, а деревянный брус магическим образом взлетит и с характерным «бум» подопрёт дверь на лестницу. Но ничего подобного, разумеется, не произошло. Коридор оставался пустым, бруса не было на положенном месте, а тёмный прямоугольник входа в квартиру только сильнее давил на нервы.

— Да бля-я-я…

Я приблизил изображение. Качество камеры не позволяло разглядеть мелкие детали, но общей картины хватало: никаких людей, никакого движения и ни одного нормального объяснения тому, почему Наташа решила бы оставить дверь распахнутой. Если они с Леной ушли сами, то сделали это очень странно.

Через несколько секунд я уже поднимался с пола. Бедро тут же прострелило болью, бок заныл, но организм со своими претензиями мог в данный момент пойти на хер, ибо не вовремя. Почти двое суток я валялся внутри Комнаты, пока снаружи происходило неизвестно что, и сейчас меня интересовало только одно — куда делись Наташа и Лена.

Я надел разгрузку поверх изодранной олимпийки, поднял «Вепрь» и проверил револьвер. Разводной ключ Антона по-прежнему висел на ремне. Машу сначала машинально взял в руки, собираясь снова сунуть за пазуху, но передумал и осторожно посадил возле стены.

— Посиди здесь.

Слова прозвучали глупо, хотя после последних дней разговор с тряпичной куклой уже едва ли тянул на первое место в списке моих странностей.

Створки разошлись.

Коридор встретил меня полной тишиной. Я несколько секунд оставался внутри лифта, прислушиваясь и держа карабин перед собой. Ни шагов, ни скрежета, ни гоблинских воплей. Только слабый гул здания и собственное дыхание.