Книга Пристанище, страница 23 – Мария Орунья

— Притормози свое буйное воображение. Ты как будто уверен, что он мертв.

— Я не уверен, просто не исключаю такой возможности, Оливер.

Молчание друзей было сродни темной пропасти, дна которой не видно. Наконец Оливер вздохнул.

— Понимаю, но как же звонок. И еще я чувствую вот здесь, – Оливер указал на сердце, – что это не так, что он жив.

— Надеяться – хорошо, но быть реалистом тоже неплохо. Подумай, как он мог покинуть остров? И если он до сих пор там, почему ни разу не вышел на связь за целых два года? Ваша мать умерла, а он, видимо, даже не в курсе.

— Знаю. Но бывает так, что кто-то покидает остров контрабандой. Показываешь паспорт – и тебя даже не регистрируют. Помнишь, как на твое совершеннолетие мы на автобусе из Лондона доехали до Нормандии?

— Еще бы, наше нормандское путешествие!

— Так вот, помнишь, до чего легко мы оплатили билет на вокзале, как на какой-нибудь парковке? А на таможне у нас только посмотрели паспорта, прямо из рук, даже из автобуса выходить не пришлось, чтобы подняться на паром. Внутри Европы легко пересечь границу, если ты европеец и не выглядишь подозрительно.

— Ты прав, – согласился Майкл.

— К тому же я уверен, что брат искал вариант подешевле. На счету почти ноль, работы нет. В Лондоне он жил у родителей, это они давали ему деньги на “проекты”. Думаю, оплачивать жизнь хиппи было ошибкой, но мать хотела, чтобы он как-то оправился после Ирака.

Майкл продолжал записывать.

— Ясно. То есть ты отрицаешь вариант, что он все еще на Лансароте?

— Все возможно. Но полиция его везде искала. Мама даже сдала свою ДНК, чтобы его могли опознать в случае чего. Нигде никаких следов. Я сам ездил на остров, хотел поговорить с теми, кто видел его последним, но, кажется, Гильермо никого не оповестил о дальнейших планах.

— А если он угодил в секту?

— И это не исключено. Думаю, Гильермо вполне того типа человек, чтобы попасться на крючок. Ему нужно было во что-то верить.

— А как с его банковским счетом? Карты? Должны же сохраниться какие-то сведения, за что-то он все-таки платил.

— У него не было банковской карты.

Майкл округлил глаза.

— Серьезно? С какой вообще планеты наш Гильермо?

— Карточками он не пользовался – дескать, это “еще один способ контроля со стороны государства”. Поэтому всегда имел при себе наличные. А счет у него был почти на нуле, так что деньги с него он тоже не смог бы снять.

— Ага, значит, никаких денег.

— Не совсем так. У него есть вклад в пятнадцать тысяч фунтов в банке “Ллойдс”, это часть маминого наследства, но Гильермо же не знает, что она умерла… И еще она ему завещала квартиру в Челси.

Майкл восхищенно присвистнул:

— Ого!

Оливер помолчал пару секунд и продолжил:

— Итог такой: спустя бог знает сколько времени, хоть британская и испанская полиция допросили всех на свете и осмотрели все места, где он побывал, у нас есть только телефонный звонок полгода назад…

— Оливер, насчет звонка… Может, это вовсе и не Гильермо был? Может, кто-то нашел его телефон и случайно набрал твой номер?

— Я понимаю. Ты даже не представляешь, как я мучаюсь, оттого что пропустил звонок. Если бы я тогда ответил, может, не было бы сейчас всего этого разговора.

— Эй, ну теперь еще начнешь себя винить, прекрати. Остается только ждать, когда янки поделятся данными со своих чертовых спутников.