Книга Убитые девушки, страница 36 – Хизер Критчлоу

Обустроившись в комнате, Кэл проводит целый час, прослушивая запись своего интервью с супругами Макки и делая заметки. У него появилось достаточно имен, которые стоит проверить: парень, на встречу с которым предположительно ехала в тот день Лейла, до сих пор живет здесь. А еще работники гостиницы и конюшни. Кэл ставит запись на паузу и пробегает глазами исписанные страницы. Его удивила реакция родителей на его вопрос о школьных друзьях и подружках Лейлы. Кэл вновь прослушивает любопытный фрагмент.

— Она перестала с ними общаться. – Слыша натянутый голос Джин, Кэл вспоминает, как крепко сцепила она в тот момент свои руки.

— Правда? А почему?

Молчание. Кэл не забыл, как покосилась Джин на мужа, заерзавшего в кресле.

— Обычная история. Их пути-дорожки разошлись. – Слова Тэма прозвучали пренебрежительно. – Кто-то поступил в университет, кто-то устроился на работу в большом городе. А Лейла так и каталась на своей лошади.

— А ей не предлагали продолжить учебу?

На этот вопрос ответила уже Джин:

— У нас не было денег. Да и не нужно это было Лейле. Ей было хорошо здесь…

Дослушав запись, Кэл кладет ручку на стол. Не было денег, но есть же субсидии, дотации, гранты. Упоминание о деньгах прозвучало из уст миссис Макки как оправдание отсутствия веры в способности дочери. Возможно, это было несправедливо. Вспоминая мрачный коттедж на холме, Кэл задается вопросом: он и тогда был отчаянно унылым или стал таким от печали? А что, если Лейла сымитировала свое исчезновение, чтобы попросту оттуда сбежать? Неожиданная мысль всецело завладевает Кэлом. Ему отлично знаком этот безотчетный порыв – желание скрыться от всех (и от прежней жизни), толкающее тебя на опрометчивые поступки. Если Лейла жива, это хорошо. Но Кэл страшится иного исхода, от которого рушатся все планы. Не так уж часто ты можешь начать жизнь с чистого листа.

Налив себе выпить, Кэл набирает номер Крисси. Ему хочется услышать ее голос, установить хоть какую-то связь с домом, поддержать дочь хотя бы по телефону, раз его нет рядом.

Голос Крисси напряжен.

— У тебя все нормально, золотце?

— Да.

— Что нового?

Кэлу интересно, отразилась ли их ссора с Элли и его скоропалительный отъезд на атмосфере в доме.

Дочь вздыхает:

— Ничего. Школа… Ничего.

— Расскажи мне.

— Нет. Это неважно. А у тебя что нового? Ты там? Побывал на месте преступления?

Последние четыре слова дочь нарочито акцентирует. Но переигрывает, вызывая у Кэла улыбку. Он понимает: Крисси хочет сменить тему. Но то, что она не прервала его, а продолжает вести диалог, приносит отцу огромное облегчение.

— Еще нет. Да и, сказать по правде, я не знаю, существует ли оно вообще. А сегодня я встречался с родителями Лейлы.

— И?

— Они просто желают получить ответы на свои вопросы.

— Ты их найдешь? – В тоне дочери сквозит задумчивость.

— Постараюсь, золотце.

Пару секунд Крисси молчит, а потом слова извергаются из нее, как лава из жерла вулкана:

— Мама говорит, что ты всю жизнь гоняешься за призраком тети Марго. И что нас тебе всегда будет мало. Что ты не покончил с этим.

Кэл ощущает гнев и печаль: зачем Элли так разоткровенничалась с ребенком? Крисси имеет только общее представление о тете, которой у нее никогда не было. Родители Кэла полностью замкнулись, ушли в себя через год после пропажи Марго, а потом так и не нашли в себе душевных сил вернуться к общению. Родня по его линии – сплошное разочарование: сломленные люди, призраки и отсутствующие кузины. Кэлу нравится, когда дочь упоминает о его сестре и ведет себя так, словно знала Марго, словно для нее это важно. Но ему неприятно, что гнев жены в его отсутствие выплеснулся наружу подобным образом.