Книга Кровный омут, страница 40 – Наталия Лирон

— Да-а-а… уж. – Я не знала, что сказать. Банкир? Вот тот Серега, с которым мы танцевали на дискотеке, болтали и целовались под грибком?

Он вздохнул:

— К сожалению, иногда они же, я имею в виду деньги, мне и мешают.

Я развела руками:

— Наверное, это нелегко. Для состоятельного человека иногда деньги – это бремя.

Он посмотрел внимательно, видимо, пытаясь понять, ерничаю я или нет. Но я и не собиралась ни шутить, ни язвить.

— Знаешь, – его лицо выражало удивление, – ты первый человек, кто такое говорит и при этом на двести процентов прав!

Я отложила меню:

— Знаешь, я за тебя искренне рада. Я всегда считала тебя каким-то особенным, с этой твоей запредельной вежливостью, тщательным соблюдением субординации, танцами, поклонами. Ты был не от мира сего, будто рожденный в прошлом веке.

Он расплылся в улыбке, смущаясь:

— Ну все, ты меня сейчас совсем э-э-э… превратишь в зефирку.

— Во… что? – Я хохотнула. Такое смешное словечко!

— В зефирку… – Он засмеялся тоже.

Эта его «зефирка» задала веселый тон вечеру, я совершенно расслабилась. Мы шутили, смеялись, вспоминали фехтование, проигрыши и победы.

Я поняла, зачем он меня пригласил – похоже, у него не очень много друзей и вообще в окружении людей, с которыми он может быть простым и настоящим, с которыми не нужно «держать лицо» и что-то из себя изображать. Чувствовалось, что рядом со мной он отдыхает.

— Слушай, давай как-нибудь повторим, а? – сказал он, когда мы уже шли к его машине.

— Давай, – не задумываясь ответила я, – было весело.

— Гм… может, послезавтра? – Сергей остановился. – После работы?

— Хм… – Я тоже остановилась. – Слушай, чисто гипотетически я не против…

— Конечно, если это никому и ничему не помешает, – тут же уточнил он. – Не будет ли твой муж возражать?

Я чуть дернула плечами – мне не понравилось его упоминание про мужа – и ответила в тон:

— А твоя жена?

— Нет, не будет, – лаконично ответил он.

— Хм…

Мы смотрели друг на друга, стоя посреди улицы. Влажный бархат оттепели легко касался щек, подбородка. Мимо нас проходили люди, едва не задевая локтями. Но почему-то мы не двигались.

— Сереж… – Я почувствовала, что краснею.

Этим вечером он не сделал ни одной попытки не то чтобы к сближению, даже банального флирта я не заметила. Никаких двусмысленностей или неадекватных комплиментов – все было ровно так, как запланировано: уютная дружеская встреча с воспоминаниями о былых временах. Ничего более. Но все равно мне показалось, что «послезавтра» – это как-то слишком часто.

— Вероятно, я слишком навязчив, – он посмотрел в сторону, сделал шаг назад, и мы пошли дальше. – Приношу свои извинения.

— Я… не хотела тебя обидеть…

— Нет-нет, конечно, нет. Ничего, как-нибудь в другой раз.

Вечер скукожился в скучную серость банального вторника, перестав быть особенным. Мне стало грустно.

Сергей молча довез меня домой.

Во дворе нервно дрожал свет фонаря, создавая неприятное ощущение напряжения.

Я вышла из машины. Он тут же вышел следом:

— Очень рад был повидаться.

— Как-нибудь увидимся! – я помахала рукой, подходя к парадной.

— Обязательно! – он помахал в ответ, дождался, когда я открою тяжелую дверь, и сел обратно в машину.

И, только укладываясь в постель, я поняла, что мы сегодня вечером не разговаривали с Федей.