Книга Мрачные жнецы вечного департамента, страница 105 – Эдди Кан

– Надеюсь, вы не готовы сдаться и уступить мне? – Чон нес Джиа на руках через всю строительную площадку, где они и перехватили скрывающуюся группировку. – Вы ведь помните правила игры: следующий ход за вами, инспектор Ю.

– Вы оказались крепче, чем я полагала, детектив…

– Вы оказались первой, кто решил меня расколоть.– Сонмин легонько тряхнул Джиа, когда она начала отключаться.– Что вы выбрали в первый день рождения?^[45] – Он заговаривал ее, надеясь удержать в сознании.

Девушка обмякла, уронив голову Сонмину на плечо. Она дышала прерывисто, ее все еще ощутимо трясло. Чон подумал было, что Джиа не ответит, но она вздрогнула то ли от боли, то ли при попытке смеяться.

– Нитку^[46], – наконец сказала Ю и подняла глаза. Сонмин почувствовал, что она рассматривает его профиль.

– Полагаю, мне стоит рассчитывать, что наша конкуренция продлится еще очень долго, – отшутился Сонмин. Лицо Джиа было очень близко, от девушки пахло персиковым бальзамом для губ и кровью. Чон чувствовал, что рука стала липкой, штанина Джиа промокла насквозь.

– А что выбрали вы, детектив? – тихо спросила она.

– Отец хотел положить на тольсан^[47] служебный револьвер, но мать обругала его за эту идею. – Сонмин улыбнулся, вспоминая, как бабуля на каждый его день рождения рассказывала ему про Толь. – Тогда папа положил на стол свое удостоверение. Я выбрал его.

– Судя по всему, вы весь в отца, детектив.

Сонмин улыбнулся уголком рта. Джиа угадала: для Чона отец был всем, и он многое перенял от родителя. Даже сейчас, в сознательном возрасте, Сонмин бы выбрал удостоверение инспектора.

Окрикнув медиков, Чон забрался в медицинский фургон и аккуратно положил Джиа на кушетку. К ней тут же подскочили специалисты и попросили Сонмина покинуть машину: места было ничтожно мало. Водитель завел двигатель, включил проблесковый маячок и сигнал. Прежде чем закрыть двери, Сонмин услышал голос Джиа:

– Наш выбор предопределил наши судьбы, господин Чон. – Джиа побледнела и взмокла, волосы завитками прилипли к ее лбу, но девушка выдавила из себя улыбку. – Следующий ход за мной, игра продолжается.

Спуск в Манджангул ощущался как погружение в бездну. Воздух стал холодный и влажный, кожа покрылась мурашками. Стены и потолок пещеры были испещрены продольными бороздами, казалось, коридор оставила гигантская змея, что продиралась куда-то к центру земли. Однако на деле все было проще: маршрут проложила базальтовая лава около трехсот лет тому назад.

— Непривычно, что ты молчишь. – Сонмин первым нарушил тишину, взглянув на Те Муна. Напарник устало улыбался, но в жесте было больше печали, нежели любопытства.

Придерживая мешок с золой, Мун всю дорогу шел в молчании, рассматривая стены и потолок. Жнецы не бежали, экономя энергию для драки, но двигались быстро.

— Ты точно в порядке?

— Все путем, старичок. – Мун пихнул его плечом. – Просто это дело меня изрядно потрепало! Нет, ну сам посуди, – он тихо рассмеялся, – от нас зависит судьба мироздания! Чувствуешь это пьянящее ощущение собственной важности? У нас в руках судьба вселенной, старичок! – хохотнул Мун и пнул камешек под ногами. Тот гулко покатился по коридору и, исчезнув в темноте, внезапно затих.

Лампы, питаемые генератором и моргающие из-за жнецов, резко потухли, а дальше расстелился беспросветный мрак. Мун прекратил смеяться и потянулся за кинжалом.