Книга Мрачные жнецы вечного департамента, страница 107 – Эдди Кан

— Заходим! – Сонмин поднял кинжал наизготовку, не зная, чего ожидать за дверным полотном. Мун провернул ручку и потянул на себя.

Предусмотрительно расступившись, жнецы встали по бокам от двери, ожидая внезапной атаки или ловушки, однако ничего не произошло. Из открывшегося прохода повеяло холодом и затхлостью. Обменявшись кивками, Сонмин и Мун по одному вошли в коридор.

Чон шел первым, стараясь ступать максимально тихо. Его взгляд недоумевающе перемещался по сторонам. Картинка никак не вязалась с представлениями. Сонмин ожидал увидеть в тайнике квемуля сталактиты Манджангула, неровные стены и каменный пол, потеки крови и кости по углам. Однако каждый шаг мягко тонул в расстеленном темно-синем ковре с золотой каемкой, стены покрывали панели из почти черной древесины, потолок обрамляли ажурные плинтусы. На одинаковом расстоянии друг от друга висели бумажные фонари, однако вместо лампочек в них горели самоцветы.

— Вау, – тихо выдохнул Мун. – Я ожидал увидеть… другое.

Коридор завершали высокие двустворчатые двери-пунхаммун^[49]. На пороге неизвестного помещения ворс ковра был сбит в виде продольных борозд, словно кто-то вцепился в него и сопротивлялся, когда его тащили по проходу. Там же были и пятна крови. Пульс Сонмина участился. Кому принадлежала эта кровь? И скольких успел убить злой дух?

Одна из дверных створок была отведена в сторону, из-за чего в коридор падал длинный луч холодного света. Жнецы остановились. Сонмин положил большой палец на кёнгвисок и перекрыл пурпурный свет, Мун сделал то же самое. Пригнувшись, Чон подкрался к дверям и заглянул внутрь.

Взгляду открылось большое помещение, по площади ничуть не уступающее «Клубу», а то и больше: высокий потолок, с которого свисала чаша с голубым огнем; ровные стены с бумажными обоями; пол покрывала глянцевая древесина, тут и там стояли диваны, в центре комнаты расположился невысокий квадратный стол. Вдоль каждой из четырех стен находились раздвижные двери-чунмун^[50], обрамленные темным деревом и поперечными брусьями.

Кровавая дорожка тянулась от главных дверей-пунхаммун и резко обрывалась в центре помещения. Никаких квемулей и странных звуков внутри не было, зал пустовал. Повернувшись к Муну, Сонмин кивнул и тихо прокрался в комнату.

Напарник шел позади. Держась спина к спине, жнецы двинулись в обход помещения, как вдруг главные двери-пунхаммун сомкнулись, выход из зала отрезало. Голубое пламя в подвесной чаше вспыхнуло ярче и взметнулось вверх, лизнув каменный потолок.

Не сговариваясь, Сонмин и Мун бросились на пол и пригнулись за спинкой дивана в тот самый момент, когда из-за двери с восточной стороны появился огромный зверь и по-змеиному зашипел. Те потянулся было за золой, но Чон его остановил, покачав головой. В нос ударил знакомый запах шерсти, до слуха донесся хаотичный перестук когтей по полу. Сонмин слишком хорошо запомнил эту тварь… Чансанбом.

— Бери кинжал, – беззвучно проговорил Чон и стиснул рукоять клинка.

— Поднимем шум? – едва шевеля губами, переспросил Мун.

— Так точно. – Если сейчас вступить в схватку, с осторожностью будет покончено, и дальше придется идти напролом. Но не ради этого ли жнецы зашли так далеко?

Сонмин сделал глубокий вдох. Плевать на осторожность, сейчас главное – остановить духа, несмотря ни на что, и не дать воцариться хаосу. Нужно любой ценой успеть спасти Джиа.