Книга Доброе имя, страница 107 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Допрашиваемый Стивен Джекил, вам известно, кто убил шестерых человек, эксгумация тел которых только что была проведена Департаментом полиции Лос-Анджелеса при участии помощника окружного прокурора Пола Питерсона в лесном массиве к югу от Сеспе-Крик?

— Да, известно, спокойно ответил Шакал, бросив взгляд на стоящего рядом адвоката. — Четверых из них убили Ной Джонсон, известный в криминальной среде как Волк, и Картер Фокс, также известный как Лис. Еще двоих — я и мой напарник, ныне покойный Майлс Янг, носивший прозвище Койот. После чего мы вчетвером вывезли сюда тела и похоронили в общей могиле.

— Каков был мотив совершенных преступлений? — спросил Чейз.

Его голос дрожал, как струна, но он все равно умудрялся сохранять внешнее спокойствие. Годы работы в отделе убийств, полагаю, вынуждают привыкнуть ко многому. Я сам бы, скорее всего, сохранил куда большее хладнокровие, чем детектив. Если бы не этот браслет…

— Деньги, — ответил Шакал, безэмоционально глядя в сторону ямы. — Это были заказные убийства.

— Кто был заказчиком данных убийств? — спросил Чейз, после чего мельком взглянул на меня.

Я лишь медленно моргнул в ответ, давая понять, что оценил то, что он помнит о своем обещании.

Шакал плавно повернул голову в сторону Чейза. Его серые рыбьи глаза не выражали практически никаких эмоций. Он помолчал несколько секунд, после чего спокойно, но отчетливо произнес:

— Марти Гольдберг.

Шакал рассказывал о том, как они с подельниками убили и закопали в лесу Кэрол и еще пять человек с таким спокойствием, что я внезапно почувствовал острое желание достать пистолет и всадить ему в башку пулю. Несмотря на его заурядную внешность, стало понятно, что передо мной стоит настоящее чудовище.

Но пистолета не было, да и пристрелить подозреваемого на глазах у десятка полицейских было бы определенно не лучшим решением. Так что, хоть я и понимал, что захватить Шакала живым было необходимо, в глубине души все равно пожалел, что ему досталась только резиновая пуля. Злость кипела внутри, но не находила выхода, так что я лишь бессильно сжимал и разжимал кулаки.

Чейз задал задержанному еще несколько вопросов и убрал диктофон. После чего подошел к криминалистам, поднырнув под желтую ленту, и спросил о чем-то вполголоса. До меня долетали обрывки фраз. Сотрудник криминалистической лаборатории сказал, что они провозятся тут весь день, потому что необходимо расширить яму и просеять грунт для возможного обнаружения мелких предметов.

К Чейзу внезапно подошел один из его коллег, и я вдруг понял, что уже давно не видел его поблизости. За деревом стоял, что ли?

Детектив что-то вполголоса сказал Чейзу, тот кивнул и негромко ответил, но что именно — расслышать не вышло. После чего подошел к нам с Касселсом.

— Думаю, мы с вами здесь больше не нужны. Поехали обратно в участок.

Я посмотрел на него, как на умалишенного, и все же не выдержал.

— Чейз, мать твою, какой участок⁈ — заговорил я громким шепотом, отчаянно пытаясь не перейти на крик в присутствии помощника прокурора. — Чего тебе не хватает? Шесть трупов и показания убийцы, да еще и детектива в придачу для вашего отдела — недостаточные основания для запроса ордера на арест? Нужно ехать в суд прямо сейчас, пока информация обо всем этом не дошла до Гольдберга. Вы уже непозволительно затянули. Или у вас в отделе кто-то заинтересован в том, чтобы заказчик всего этого сбежал?