Книга Доброе имя, страница 48 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Насколько я знаю, сейчас вы отстранены от службы из-за этого инцидента.

— Стандартная практика, — спокойно ответил я, отметив, что это второй провокационный вопрос подряд. — Каждый случай применения служебного оружия тщательно расследуется Департаментом, чтобы обеспечить надежную и безопасную работу полиции. На время проведения проверки стрелявшего офицера всегда отстраняют. Это не наказание — просто административная процедура.

Журналист кивнул — конечно, он и сам это прекрасно знал, просто рассчитывал, что я как-то себя оговорю.

— Мистер Соко, скажите, после этого инцидента вы считаете себя героем или убийцей? — спросил Вудлер.

Я тяжело выдохнул — журналист откровенно борзел. Но он был мне еще нужен, так что я проглотил раздражение и ответил:

— Я считаю себя достойным сотрудником полиции, который исполнил свой служебный долг.

Вудлер кивнул и около минуты молча что-то писал. Фотограф сидел рядом и оглядывал обстановку внутри моего трейлера. Наверное, думал, что тут вообще можно сфотографировать.

— Спасибо, мистер Соко, — он перелистнул страницу блокнота. — Теперь, если позволите, поговорим об инциденте, который произошел двадцать седьмого сентября. Одна из газет опубликовала свидетельства вашего непристойного поведения. Как вы можете это прокомментировать?

Я сам предложил ему поднять эту тему в телефонном разговоре, но мне все равно стало неприятно от его вопроса.

— Ранее я не давал официальных комментариев по поводу этого инцидента, потому что того требовало проводимое мной расследование. Но теперь я могу официально заявить, что это была подстава.

— Подстава? — поднял брови Вудлер, явно не ожидавший такого поворота. — Вы хотите сказать, что-то фото было монтажом?

— Нет, фото было настоящим. Однако на этом снимке я нахожусь под действием сильнодействующих препаратов, которыми меня опоили с целью скомпрометировать как сотрудника Департамента полиции.

— Сильнодействующих препаратов? — глаза Вудлера стали чуть шире. — То есть вы утверждаете, что вас опоили, чтобы сделать постановочное фото? Но с какой целью?

— Чтобы заткнуть мне рот, — ответил я. Ну вот и все — слово сказано, обратной дороги нет. — На тот момент я вел расследование против одного высокопоставленного и известного многим человека. Перед этим мне угрожали по телефону, требуя, чтобы я отступил и уничтожил материалы. Когда я отказался — мою машину сожгли.

Карандаш Вудлера порхал по бумаге с какой-то неистовой скоростью, журналист переворачивал листы блокнота один за другим.

— А когда я и после этого не прекратил расследование, — продолжил я, — мне подмешали сильнодействующее вещество в воду, дождались, пока я потеряю сознание, перевезли куда-то и сделали это фото, пока я находился под одурманивающим эффектом. Это можно заметить даже по моему взгляду на этом снимке, который направлен куда-то в пространство. А потом они использовали это фото, чтобы дискредитировать меня и добиться моего увольнения из полиции — чтобы я не мог продолжать собирать доказательства. В настоящий момент против меня действительно ведется внутреннее расследование, а я отстранен от работы детективом.

— Вы упомянули, что это случилось из-за вашего расследования. Значит ли это, что вам известно, кто именно опоил и пытался дискредитировать вас?