Онлайн книга «Московский вальс»
|
Алена переживала, что еще надо было купить подарки – всем, включая Гавриловну. Девочкам из группы и соседям по общаге – что-нибудь сувенирное. Луцке что-то родное, национальное, только вот что?.. Ну и ему, Левке. Только – как? Одна она нигде не бывала, мама или сестра все время увязывались за ней. А еще собирать чемодан будет мама. Ну или как минимум руководить процессом. А вообще Алена была рада, что каникулы заканчивались. Она устала от безделья, от родни, хотела к Маринке… Как же она по ней соскучилась! И по Луцке соскучилась – бедная, пашет на съемках в какой-то далекой деревне… «Левка… Где ты, любимый? Когда я тебя обниму?» В предпоследний день мама – ура! – была занята. Данка закапризничала и сказала, что магазины ей надоели. В провожатые напросился Матей. Сначала Алена хотела отвязаться, а потом подумала, что он может пригодиться. Хоть бы и пакеты таскать, ведь сегодня надо было купить много съестного: вафель, печенья, конфет, ветчины в банках… Колбасы в упаковке – вот лучший подарок! Но главным был подарок Левке. А в голову ничего не приходило. Теплый свитер? Рубашка? Джинсы? Да нет, все не то, не то… Чешский свитер или рубашка вряд ли его удивят, а уж польские джинсы тем более. Вещи он носил фирменные, купленные у иностранцев. У настоящих иностранцев, а не иностранных студентов родного института. Английская кашемировая шерсть, итальянские твидовые пиджаки, американские джинсы известных фирм – никаких «Супер Райфл» из московской «Березки»! И обувь у него была – будьте любезны: мягкие мокасины, строгие туфли из хорошей кожи, кроссовки «Найк» или даже подлинный «Адидас», а не мечта советского человека, подделка СССР. Матей, как верный и терпеливый паж, шел за ней по пятам, исправно нес сумки и ни разу не выразил недовольства. Когда они наконец присели отдохнуть, выпить кофе и что-то съесть, было уже время обеда. — Послушай, – сказала Алена, – а что бы ты привез в подарок близкому другу? Ну, кроме вещей и обуви? И, ничуть не смущаясь, выжидательно посмотрела на него. — В подарок? – озадачился Матей и задумчиво протянул: – Ну-у-у… Это зависит… Алена вскинула брови. — От бюджета? — И от него, – кивнул Матей. – Но не только. Смущенно кашлянув, он посмотрел в сторону. — Например, от того, насколько он тебе близкий друг. Что ты хочешь выразить этим подарком. Внимание или память – вещи разные… Матей испытующе глянул на Алену, но та даже бровью не вела. — Надо знать вкусы и пристрастия близкого друга, его интересы, – продолжил он. – Знаешь, я серьезно отношусь к покупке подарков. Если тебе все равно, возьми что угодно. А если важно, нужен серьезный подход. Ну, чтобы твой близкий друг не выкинул твой подарок, не засунул подальше, не передарил – такое бывает, и это крайне неприятно. В общем, составляющих много, ты поняла? Алена с тоской посмотрела на Матея и зевнула. Потом громко вздохнула и сказала: — Какой же ты, Матей, зануда… Можно чокнуться с твоим серьезным подходом к жизни. Не обижайся, ну правда! Мне вот кажется, что надо брать то, на что упал глаз – и сердце забилось, а не прикидывать и размышлять! Матей рассмеялся. — Ну да, я зануда, мне все говорят. И у меня действительно серьезный подход ко многим вещам. А главное – к жизни. Мне кажется, если ты к ней несерьезно, то и она к тебе – понимаешь? – без уважения. |