Книга С видом на Нескучный, страница 66 – Мария Метлицкая

Макс прокомментировал:

— А летом тут вообще жесть, духота такая. Сплошной пластик, строили из говна и палок, вот и результат. Местные недовольны, торговцы вопят, а всем пофиг, кому до народа есть дело? Галочку поставили, сюжет сняли, мэр засветился – все, порядок. И так все, Верпална. Везде воруют, где только можно!

— Да знаю я. Думаешь, у нас по-другому? Масштабы другие, это да! А так…

Ничего интересного внутри базара не было. Грустный мужик продавал свинину. Кавказцы торговали импортными фруктами. Прилавок с медом, бабули с баночками протертой калины и малинового варенья, молочный прилавок – творог и сметана, – ну и китайский ширпотреб: белье, детская одежда, одежда для взрослых. Прилавок с химией, порошками и средствами для уборки.

Вера прошлась по рынку – зря. Зря приехали. Впрочем, это можно было предположить. Помог сообразительный Макс, посоветовав купить мед, фермерский, хороший, и сало у молодой пышной продавщицы, настоящей кустодиевской красавицы, оказалось просто сказкой, таяло во рту.

И мед, и сало, и калину с сахаром от давления – как убеждала бабуля – купили. Прихватили и банку лесной малины. Как она пахла!

— Верка, ты? – услышала Вера.

Господи, ну кто еще? Бывшая соседка, бывшая одноклассница? Кого еще послали на Верину голову?

Она оглянулась. Позади нее стояла высокая симпатичная женщина.

— Не узнаешь?

— Марина? – неуверенно сказала Вера. – Марина Попова?

Она, конечно, она, Маринка Попова, жена Сережки Попа. Бывшего Гериного друга и соратника.

Отошли к окну. Марина с интересом разглядывала Веру и наконец сказала:

— Хорошо выглядишь.

Вера промолчала. Хотелось поскорее уйти. О чем говорить? Вспоминать прошлое? Этого совсем не хотелось. Однако деваться некуда. Пришлось.

Вера говорила короткими фразами:

— Да, в Москве. Да, все нормально. Мама со мной. А, ты знаешь! Не замужем, не родила. А ты, Марин? Что у тебя?

Марина присела на подоконник. Вера посмотрела на часы.

— Торопишься?

— Ну так, – смутилась Вера.

Теперь она ее разглядела. Марина постарела, хотя кто помолодел? Морщины вокруг глаз, неухоженная кожа. Плохая, небрежная стрижка и плохо прокрашенные волосы, обветренные руки. Одета она была плохо: серая куртка с потертыми обшлагами, из-под воротника виден ворот давно потерявшей свой цвет водолазки, старые, дешевые джинсы, ободранные кроссовки. Обычная потрепанная жизнью тетка из глубокой провинции. А ведь Маринка была когда-то красоткой.

— У меня? – переспросила Марина. – Да как у всех. Дочка взрослая, в Питере учится. Неплохая девка, с башкой. Живу с мамой. Конечно, непросто, но как-то живем. Не работаю, на инвалидности. Не будем о грустном. У нас две пенсии, моя и мамина. Как-то справляемся, не голодаем. А про наших тебе интересно? – Марина внимательно, с интересом смотрела на Веру.

Та молчала.

— Интересно? – настойчиво повторила Марина. – Или сделаешь вид?

— Сделаю вид, ну раз тебе так горит.

— Щука в Италии, ты, наверное, слышала. У него все отлично. Знаешь, что я поняла? У сволочей всегда все отлично. Анжелка в Москве, вышла замуж за богатого папика. За нее волноваться не стоило. Мишку Собачника три года назад похоронили, онкология. С Кристинкой они развелись. Кристинка тут, в Энске, у нее на рынке два ларька с нижним бельем, возит из Кореи, говорят, качественное. Ну ты помнишь – она всегда была хваткой.