Книга Дом в Мансуровском, страница 119 – Мария Метлицкая

Маруся хмыкнула:

— Да уж, не сомневаюсь, ты все устроишь! Ты уже все устроила, Юля!

— Ну ты даешь, – хрипло ответила Юля. – Сама все заварила и обвинила меня. За что ты мне мстишь, Маруся? Что у тебя в голове? Ты так и осталась капризной и избалованной девицей! Но самое главное, ты никогда не станешь другой! Правильно говорила умница Кларочка, ты та еще штучка! Тихая слабая милая Маруся. А выжмешь все, что захочешь.

Отвернувшись к стене, Маруся расплакалась.

Больше в больнице Юля не появлялась. «Обиделась? Ну и отлично, зачем мне отрицательные эмоции?» – успокаивала себя Маруся, но о своих переживаниях не рассказывала даже Асе. Ася страдала. Она всегда страдала, когда ее девочки ссорились, и, как обычно, все скрывала от мужа. Саша и так очень слаб, несправедливое хамское увольнение его окончательно добило, муж переживает за младшую, а тут еще эта ссора… Слава богу, что стал работать над книгой. Ася вопросов не задает, просто радуется. Работает – уже счастье, работа отвлечет от любых черных мыслей, спасет от обид. Жаль, Ася этого лишена.

Денег катастрофически не хватало. Как прожить на пенсию людям, привыкшим к хорошей зарплате? Хорошо, что Юля на ногах – квартира, работа, все сама. А вот Маруся теперь на них: фрукты, свежее мясо, лекарства. Можно было бы поговорить со старшей, но Ася стеснялась. Нет, брать у Юли не выход. Выход один – Асе нужно работать.

В детской районной поликлинике, где когда-то она работала, вакансий не было. Во взрослой вакансии были, но брать ее не спешили – потеря квалификации. Глупость – какая потеря квалификации? Ася возмутилась:

— Почти три года я ухаживала за лежачей старушкой и много лет рядом с больным мужем! Вы думаете, я разучилась делать уколы?

Главная сестра призналась честно:

— Мне проще взять девочку после училища, чем вас, с огромным разрывом в трудовом стаже. Ищите где-нибудь на окраине, в новом районе, там медсестры точно нужны.

В отдаленный район? А время на дорогу? Метро, автобус. Нет, не пойдет. Ася совсем сникла, и вдруг подарок – разговорилась с соседкой, заведующей детским садиком, что в пяти минутах от дома, и та предложила ей ставку медсестры. Радости не было предела – воистину, бог закрывает дверь, но приоткрывает окно. Через неделю Ася вышла на работу.

Александр Евгеньевич пребывал в полной растерянности:

— Как так – на работу? А я?

Ну да, сама виновата. Приучила, что она вечная нянька, всегда рядом. С возрастом далекий от жизненных реалий муж совсем отключился от бытовых проблем: ни деньги, ни расходы, ни все остальное его не волновало. Он жил в своем мирке, в своих рукописях и науке, в своих переживаниях и обидах, и все остальное, разумеется кроме девочек, его не интересовало. Ася не обижалась – в конце концов, всю жизнь именно он был кормильцем, обеспечивая семью, ни она, ни девочки не знали горя и лишений, а сейчас он состарился, сник, сломался, возраст и болезни. В общем, пришло время отвечать ей, Асе. Надеяться на книги было смешно – когда еще он их напишет, и это не заработок, а способ удержаться на этом свете.

Словом, рассчитывать было не на что, да она и не рассчитывала. Только бы работал, только бы вставал с дивана и садился за стол, а с остальным она справится.

Сама удивлялась своей уверенности – ведь кроме немолодого и нездорового мужа на ней беременная Маруся. Да и работа немного пугала – сколько лет она не работала, сколько считалась домохозяйкой?