Онлайн книга «Несбывшаяся жизнь. Книга 1»
|
Старики удивлялись и не могли принять свое нынешнее состояние: «Как так, доктор? – говорили они. – Раньше у меня такого не было!» Заведующая отделением, строгая Елена Николаевна, со вздохом отвечала: «Так раньше вам и восьмидесяти не было, уважаемый!» — Никто не смиряется с возрастом, – качала головой заведующая. – Вот, например, я! Ведь все понимаю – деменции, слава богу, нет, кандидат наук, в медицине сто лет, – а как заколет в боку или увижу новую морщину, сразу расстраиваюсь! Посмотрю на себя в зеркало: один волос седой, другой, как же так? А вот так, в паспорте все написано! Для своих пятидесяти я еще вполне! – смеялась Елена Николаевна и строго добавляла: – Все мы такими будем, никого не минует. И никаких смешков при стариках и в ординаторской, слышите? Услышу – выговор в личное дело! Коллектив Лизу принял и даже сочувствовал: ну надо же, совсем молодая, только окончила институт, а уже мать-одиночка! Мало того, что без мужа, так вообще без родни! И вроде невредная, ни от чего не отказывается, попросишь подменить – соглашается, всем интересуется, читает медицинские журналы, спорит с Еленой Николаевной, заведующей… И та, между прочим, к ней прислушивается и интересуется ее мнением! В общем, серьезный человек эта Топольницкая. Точно будет Елениной фавориткой. * * * В октябре Дмитрий Кравцов вышел на работу. В высотку на Смоленском бульваре, в Министерство иностранных дел. Должность называлась красиво – референт. Что это значило, Лиза не понимала. Но и вопросов не задавала: видела, что настроение у него отвратительное. В их жизни он появлялся внезапно и исключительно по желанию. «А он хитрец, – думала Лиза. – Отношения выстроил так, чтобы не быть окончательно вовлеченным…» Вроде есть он в их жизни – присутствует, приходит, появляется, – да не с пустыми руками: то тортик захватит, то связку бананов… В квартире на Кировской имеет личные тапки, зубную щетку, одеколон. Вполне по-семейному ужинает, может сходить в магазин, погулять с Анечкой, даже забрать ее из яслей – правда, это в редчайшем случае, если у Лизы настоящий форс-мажор. Остается на ночь, может попросить постирать рубашку. Вроде и свой – а нет, не совсем. Всегда ускользает… Да и статус его оставался неясным: кто он здесь и кто он им? Не муж, не отец. Так, приходящий любовник? Дымчик аккуратно и осторожно отделял себя от их жизни, проводил невидимую полосу отчуждения: мы вместе, да, но вы – сами по себе, а я – рядом, но все же отдельно. Болезни девочки… Бесконечные сопли, хриплый кашель, температура, от которой молодая мать (хоть и доктор!) впадала в ступор, как все остальные мамаши. Каждые десять минут трогала дочкин лобик, ставила градусник, вскакивала по ночам. Очереди в магазинах… Молоко, без которого не обойтись, творог, сыр, овощи, курица, мясо – все самое простое, как говорится, базовое. И все тот же режим строжайшей экономии. Лизе не привыкать. К мясу не притрагивалась: все дочке, а она уж как-нибудь… В конце концов, «необходимый животный белок», как говорила заведующая Елена Николаевна, она получит в больничной столовой – шумной и грязноватой, с вечным перебрехом поварих, липкими столами, плохо отмытыми приборами и запахами, запахами… «Почему в столовке всегда пахнет тушеной капустой? Даже в те дни, когда ее нет в меню?» – недоумевала Лиза. |