Книга Развод по правилам и без, страница 53 – Лана Ривера

Алина приходит в 15:10. Она сбрасывает рюкзак у двери и идёт на кухню, где я стою у плиты.

— Пахнет вкусно, — говорит она. — Что готовишь?

— Рис с овощами. И курица, если хочешь.

— Хочу, — она садится за стол и смотрит на меня. — Мам, у тебя сегодня был последний день, да?

— Да.

— И как? Страшно?

Я делаю паузу.

— Нет, — говорю я. — Не страшно. Немного грустно, но не страшно.

Она кивает, и я вижу, как она обдумывает мои слова.

— А когда ты начнёшь работать с тем клиентом? С Александром?

— Уже начала. Я подписала контракт.

— Круто, — говорит она. — Ты будешь делать его квартиру?

— Да.

— Она большая?

— Да, большая. Старый фонд, высокие потолки.

— Ты ему нравишься, — говорит она вдруг, и я смотрю на неё удивлённо.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что он звонит тебе, — она пожимает плечами. — И потому что ты улыбаешься, когда он звонит.

Я не нахожу, что ответить. Она права. И это странно — слышать эту правду от дочери.

— Да, — говорю я наконец. — Наверное, я ему нравлюсь.

— И он тебе нравится?

Я смотрю на неё и вижу, что она ждёт честного ответа.

— Да, — говорю я. — Он мне нравится. Но я не тороплюсь. У меня есть экспертиза, есть работа, есть ты.

— Я не против, — говорит она. — Если ты хочешь с ним встречаться.

Это так просто сказано, так легко, что я почти плачу. Но я держусь.

— Спасибо, — говорю я.

— За что?

— За то, что ты разрешаешь мне быть счастливой.

Она молчит секунду. В этой тишине я чувствую, как падает последняя стена между нами — та, которую я выстроила своей усталостью, своим молчанием, своей тенью. Она больше не ждёт от меня извинений за то, что я живая. Она просто принимает меня. И это больше, чем я смела надеяться. Потом она улыбается.

— Ты это заслужила, мам.

Я поворачиваюсь к плите, чтобы скрыть слёзы. Но я чувствую, как внутри меня что-то освобождается, как будто дочь только что дала мне разрешение, которого я не знала, что жду.

Вечером я сижу на кухне и смотрю на список вопросов от Натальи. Я уже прочитала их несколько раз, и теперь они не кажутся такими страшными. Я просто отвечаю на них как на бриф: честно, ровно, без паники.

Телефон вибрирует. Не звонок, а уведомление. Я смотрю на экран — сообщение от неизвестного номера.

«Здравствуйте, Анна Сергеевна. Это Ксения Петрова. Я хочу уточнить некоторые детали по контракту Александра. Можете ли вы уделить мне время завтра утром? Десять минут, не больше. Мы могли бы встретиться в офисе или по телефону. Если вам удобно».

Я смотрю на её вежливые, безупречные формулировки и чувствую холодок. Её вежливость — это скальпель. Она не режет, но она готова к операции. И я должна решить: я буду пациентом или хирургом? Она пишет слишком официально. Это не просто уточнение — это проверка. Она хочет увидеть меня, оценить, понять, насколько я опасна для неё.

Я пишу ответ: «Добрый вечер, Ксения. Завтра утром я занята до обеда. Мы можем созвониться в 14:00. Если вас устраивает».

Ответ приходит через минуту: «Хорошо, в 14:00 я позвоню».

Я откладываю телефон и смотрю на список вопросов. Ксения — это ещё одно испытание. Но я не боюсь. Я знаю, что она может попытаться подставить меня, но я также знаю, что я прошла через худшее. Никита, Николай, экспертиза — всё это было страшнее, чем одна ассистентка.

Я закрываю телефон и иду к Алине. Она сидит в своей комнате за столом, и я вижу, как она что-то рисует.