Книга Развод по правилам и без, страница 55 – Лана Ривера

Встаю, иду на кухню, завариваю чай. На столе — записка от Алины: «Мам, я ушла на тренировку. Буду в 11. Там в холодильнике я сделала тебе бутерброды. Не забудь поесть. Целую».

Я смотрю на её аккуратный почерк и улыбаюсь. Она пишет «не забудь поесть» — как когда-то писала бабушка. Те же слова, та же забота. Я беру бутерброд и ем, стоя у окна, глядя, как город просыпается.

В 10 утра я сажусь за стол с блокнотом, в котором уже несколько дней держу список вопросов Натальи. Я перечитываю каждый пункт, проговариваю ответы вслух — не заучивая, а просто чтобы они стали частью меня.

«Как вы оцениваете своё эмоциональное состояние в последнее время?»

«Стабильное. Я переживаю сложный период, но я работаю, забочусь о дочери, планирую будущее».

«Бывают ли у вас провалы в памяти?»

«Нет. Я веду несколько проектов одновременно, и все они в срок».

«Как вы справляетесь со стрессом?»

«Я работаю. Я говорю с близкими. Я не избегаю проблем, я решаю их».

Я закрываю блокнот и чувствую, что готова. Не к идеальному ответу — к честному. Это единственное оружие, которое у меня есть против его лжи.

В 11 часов Алина возвращается. Она входит с красными щеками и мокрыми волосами после душа, сбрасывает сумку на пол и идёт на кухню.

— Ты ела? — спрашивает она.

— Да, — отвечаю я. — Спасибо за бутерброды.

— Ну, я же знаю, что ты забываешь, — она садится напротив и смотрит на меня. — Ты сегодня готовишься к экспертизе?

— Да, повторяла вопросы.

— Страшно?

Я делаю паузу.

— Нет, — говорю я. — Не страшно. Я просто делаю то, что должна.

Она кивает и смотрит на меня с той особенной серьёзностью, которая иногда появляется у неё в глазах и делает её старше.

— А если они скажут что-то плохое? Что ты не справишься?

— Тогда я буду доказывать, что они ошибаются, — отвечаю я. — Но я не думаю, что они скажут плохое. Я знаю, кто я и что я могу.

Она молчит секунду, потом улыбается.

— Я тоже знаю, — говорит она. — Я тобой горжусь, мам.

Я не нахожу слов, чтобы ответить. Внутри меня — тишина, но не пустая. Наполненная.

В 13:50 я снова сажусь за стол с телефоном. Через десять минут Ксения позвонит. Я готовлюсь к разговору, как к встрече с клиентом: профессионально, без лишних эмоций. В 14:00 телефон вибрирует.

— Здравствуйте, Анна Сергеевна, — голос Ксении ровный, почти без интонации. — Спасибо, что нашли время.

— Добрый день, Ксения. Я слушаю вас.

— Я звоню, чтобы уточнить несколько пунктов контракта, которые могут быть неочевидны для внешнего подрядчика. Александр Александрович предпочитает, чтобы все формальности были соблюдены, и я помогаю ему в этом.

«Александр Александрович» — она специально говорит его полное имя. Как будто хочет подчеркнуть дистанцию. Или свою близость к нему.

— Я внимательно изучила контракт с юристом, — говорю я. — Все пункты мне понятны.

— Да, я знаю, — её голос остаётся тем же, но я слышу в нём едва заметную нотку, которую не могу проигнорировать. — Но есть один момент, который не прописан в документе. Александр Александрович иногда просит подрядчиков согласовывать решения с ним напрямую, а не через меня. Я хочу, чтобы мы были на одной волне — вы пишете мне, а я уже решаю, что передавать ему.

Я делаю паузу. Внутри меня — холодная, трезвая ясность.

— Ксения, контракт подписан, — говорю я ровно. — В нём указано, что я работаю напрямую с заказчиком. Если Александр предпочтёт другой порядок, он сообщит мне об этом самостоятельно. Вы, как ассистент, конечно, можете участвовать в документообороте, но решения о том, с кем и как я общаюсь, принимаю я.