Книга Бабочка в стекле, страница 92 – Елена Левашова

Татьяна Николаевна позвонила Семенихину. Тот немедленно приехал, чтобы взять показания. Марина была более спокойной, чем встревоженные мать и бабушка.

Убедившись в адекватном эмоциональном состоянии девушки, Семенихин приступил к допросу. Такого необычного похищения в своей практике он не встречал!

— Он отпустил тебя? Вот так взял ‒ и отпустил? ‒ недоумевал Алексей.

— Да... Голоса его я не слышала. Он показывал мне бумаги с инструкцией. Там было написано, что мне нужно сделать, ‒ отвечала Марина.

— Как он тебя захватил? И где держал? Он бил тебя? ‒ вмешивалась в расспросы Анна.

— Мамочка, нет! Приложил к носу платок, пропитанный чем-то... ‒ скривилась Марина. ‒ Я отключилась, а очнулась в пустом гараже! Он завязал мне глаза, связав руки.

— Марина, вы можете описать вашего похитителя? Машину, на которой он вас вёз? Район, местоположение этого гаража?

Марина напрягалась, припоминая детали.

— Нет... Я видела гараж только изнутри. Похититель приходил ко мне два раза в день, приносил еду и воду. Мужчина был в чёрной защитной маске с прорезями для глаз и объёмном плаще, похожим на плащ-палатку. Никаких примет я не разглядела, к сожалению, ‒ вздохнула Марина. ‒ Я была без сознания, когда меня везли в гараж, ничего об автомобиле сказать не могу.

Семенихин разочарованно вздохнул. Похоже, сообщники Юргиса такие же хитрые, изворотливые преступники, как он сам. Провернуть похищение, не оставив зацепок. Похитить девушку, а потом отпустить? Не убить или добиться выкупа, а отпустить? Алексей почесал взъерошенную рыжую шевелюру и произнёс, глядя на Анну:

— Уверен, что Юргису сообщили о похищении дочери, как и вам, Анна Александровна! Поэтому он заплатил сообщнику то, что изначально ему причиталось, в обмен на освобождение дочери.

— Я подумала точно так же, Алексей Иванович. Значит, сообщник точно знает, как связаться с моим беглым мужем! Уверена, что невозможно похитить человека и не оставить улик. Есть свидетели, камеры. Возможно, Марина придёт в себя и вспомнит какие-нибудь детали.

— Я помню только то, что он шумно дышал, ‒ добавила Марина. ‒ Из-за плаща комплекцию разглядеть не удалось, но могу предположить, что человек он немолодой или полный. Роста, пожалуй, немногим выше среднего.

— Это уже что-то, ‒ грустно пробормотал Семенихин, понимая, что ещё одним «висяком» у него стало больше. ‒ Марина, скажите, в каком районе, где именно преступник приложил к вашему лицу платок?

— Прямо в подъезде моего дома. На первом этаже. Как только я вышла из лифта, сразу потеряла сознание. А очнулась связанной в гараже.

Семенихин попрощался с женщинами, оставив их наслаждаться обществом друг друга. Он составил план действий, необходимых для поиска информации и, озадаченный, поехал в управление.

Орлов не разделил рвения своего подчиненного. Напротив, ссылаясь на поправки статей о похищении, уговаривал Семенихина не регистрировать дело, а уничтожить все имеющиеся документы.

— Она вернулась в трехдневный срок! Целая, невредимая, признаков насилия тоже не обнаружено! ‒ орал он на планерке. ‒ Что ты собираешься расследовать?

— Товарищ полковник, теперь каждый может похищать людей, держать в подвале, а потом отпускать? Безнаказанно? ‒ парировал лейтенант Семенихин.

— Леша, даже если ты установишь личность преступника, по закону мы его не можем привлечь за похищение! Или тебя в школе полиции другому учили? ‒ гневно спросил Орлов.