Книга Бабочка в стекле, страница 95 – Елена Левашова

Возможный успех наметившихся сделок значительно повысил уверенность Анны. Благодаря Михаилу она будто расправила плечи, поверила, что она и есть та самая «компетентная и талантливая», о которой он говорил. Значит, мудрости Михаила Александровича хватает для того, чтобы не связывать её с предательством Юргиса, не считать сообщницей, если он так искренне стремится помочь? Она наблюдала за мигающей елкой и танцующими парами, когда её кисти коснулась тёплая рука Бориса.

— Анна Александровна, пойдёмте танцевать.

Как часто она слышала это раньше: Анька, Анечка, Анюта, Нюся... А теперь он называет её по имени и отчеству, как чужую, малознакомую женщину... Странно, что приглашение на танец он не прислал через Ирину!

— Извините, Борис Михайлович, я не хочу танцевать... с вами! ‒ выпалила она дерзко.

«Долгожданный реванш настоящей стервы...», ‒ подумал Борис, сухо извинившись. Он направился в глубину зала, растворившись в толпе. Отто с Михаилом присоединились к партнёрам холдинга, занимавшим соседний столик. В приятной мужской компании им было привычнее.

Вечер становился уютнее. Гости уже разъезжались, оставляя после себя пустые места и следы пиршества на столах. Элегантная пара ведущих объявила начало новогодних конкурсов и фантов.

Зал наполнили ароматы хорошего кофе и чая, а также свежих пирожных и выпечки. Официанты сновали между столиками, накрывая их. Анна напряжённо вглядывалась в силуэт Отто. Сидеть в одиночестве ей становилось в тягость. Вера Петровна пересела поближе к дочери и внуку, лишив Анюту собеседника в своём лице.

Какой-то важный начальник зачитал стихотворение, очевидно, получив фант от коллег. Наконец, Михаил с Отто вернулись на места. Ирина под руку с Борисом, сверкая блестящим шуршащим платьем, торопилась к столу.

Она трясла желтым листочком над головой. Очевидно, это было задание ведущих для гостей их столика.

Анне показалось, что Ирина сверкнула в её сторону хитрым взглядом.

Как только стихли аплодисменты после выступления очередного участника, ведущие обратились к Ирине. Ей выдалась честь зачитать задание и выбрать кандидата, который его выполнит.

Столик номер шесть вмиг осветился подсветкой, чтобы привлечь внимание присутствующих. Ведущий подошёл к Ирине с микрофоном. Грудным, загадочным голосом она прочитала дрожащий листочек, сверля глазами Анну:

— Итак! Вы должны рассказать наизусть любое стихотворение поэта серебряного века! И я выбираю для выполнения этого задания Анну Рауде!

Ирина уничтожающе посмотрела на Анну, очевидно, предвидя её фиаско перед многочисленной, внимательно наблюдающей публикой. Анна заметила проснувшийся интерес Бориса к себе. Он улыбнулся, с теплом посмотрев в глаза Анны.

Ирине было невдомек, что Анюта ‒ дочь учительницы русского языка и литературы. И фиаско предстоит потерпеть ей, а не Анне. Переливающиеся софиты ослепили столик, блуждая по лицам девушек.

Анна с гордостью взяла протянутый Ириной микрофон, мысленно перебирая известные ей стихи. Она даже хотела зачитать свои стихи, но посчитала их слишком интимными. Пройдя с ведущими на сцену, Анюта окинула взором гостей, смотрящих на неё с неподдельным интересом. Она что-то спросила на ухо у ведущего, а затем твёрдо, с несвойственной ей немного ироничной манерой, промолвила: