Онлайн книга «Плохая жена. Цена свободы»
|
— Садись за руль, — важно произносит дед, когда мы подходим к его машине — подержанному, но надежному Лэнд Роверу. — На трассе езжу редко. Зрение уже не то… Да и возраст… Помирать скоро, эх… А так жить хочется, знала бы ты. — Не умирай, живи… Мне с тобой хорошо. А Байкал как? — Ковыляет еще. Доживает свой собачий век в покое и тепле. Восемнадцать ему в этом году. Мне грех жаловаться, внуча… Ты мне крышу починила, окна поменяла в доме… Все у меня лучше всех… Соседи завидуют. — Я сделала самую малость. Давай тебе дом новый построим? — протягиваю, запуская двигатель. — Не надо. Мне уютно, хорошо… Всего хватает. — Не болеешь? Только честно, — хмурюсь я. — Завтра поедем в больницу. Сделаю тебе чекап. — Чего, чего? А, по-русски? — Полностью тебя обследуем. Уж, извини, дедуля, но я твоим словам не верю… Небось, таблетки не пьешь, что я прописала? — Твоя правда… Ну, не ругайся, милая. Ехать-то, помнишь куда? — Никогда не забуду… Хорошо, что темно… Так легче принимать боль воспоминаний о счастливом детстве… Нырять в них, как в омут и жадно пить горький эликсир вины… Я всех променяла на Егора. Выгнала из своей жизни, стерла ластиком… Дедушку вот вернула. Теперь никуда не уйду, не отвернусь… Что бы ни случилось… Домик у него крепкий, ухоженный. Выглядит и правда потрясающе — бордовая крыша, забор из бруса, высокие ели вдоль участка… И как же здесь пахнет, мамочки… Влажной корой, землей, костром… Спелой брусникой, ежевикой и грибами… Я очень скучала и не жалею ни капли, что вырвалась… — Алиночка, детка, помнишь меня? Дедушка Ваня. Иван Кузьмич я… — выскакивает нас встречать полненький, невысокий дед Иван. — Пельмени бросать можно, Сергеич? Я долепил партию. Вода кипит. — Бросай. Ужинать-то будешь, не на диете? — прищуривается дед. — Нет, конечно. Мне набрать не помешает, ты же видишь, — со вздохом отвечаю я. — И вам добрый вечер, Иван Кузьмич. Я рада вас видеть. Спасибо вам за помощь. Оглядываю дворик, не в силах пошевелиться… Качели мои на месте, песочница… Сглатываю подступивший ком в горле и прикусываю губу… Не хочу плакать при дедуле. Он все сохранил. Наверняка, подходил вплотную и толкал пустые качели, слушая, как скрипят петли… Укрывал песочницу от нашествия местных котов и собирал пластиковые формочки в коробку. Господи, какая же я дрянь… Все, что происходит в моей жизни, я заслужила… Мужа-альфонса, любовника с женой и влиятельным тестем… — Это для правнучка как раз, — сипло бормочет он, прослеживая за моим взглядом. — Будешь привозить его, катать. Да? А, хочешь, приезжай ко мне жить… В больницу требуются врачи. — Давай позже обсудим? Идем ужинать? Я ужасно соскучилась по настоящим, сибирским пельменям. — Жаль, дичи не было. Но лучок я самолично меленько резал и жарил на сливочном масле. Все с Кузьмичем купили. Спасибо за денежки, внучка… Мне грех жаловаться, милая… Ты мне помогаешь, звонишь. Обеспечиваешь, заботишься. Чеканы эти твои… — Чекапы. Ладно, дедулька. Где меня спать будешь укладывать? В моей комнате? — Если тебя устроит Байкал поблизости. Его лежанка там, на кресле. Он почти не встает, Аль… — Пусть спит рядом, мне будет приятно. А на лодке покатаемся завтра? Погода неплохая… У нас теплее, правда. — Сибирь, милая… Привыкай. Ну, идем в дом? |