Книга Мы не навсегда, страница 39 – Елена Левашова

Марк помогает мне сесть в лодку и крепко хватается за весла. Отплываем подольше от берега. Малыш Ричи звонко поскуливает, обнюхивая лодку и любопытно разглядывая окружающие пейзажи.

— Так и есть, – отвечаю со вздохом. – Каторга. Но я люблю свою работу. Ни на что ее не променяю. Кстати, я согласилась принять предложение о повышении. Со следующего месяца я – заведующая отделением. Так что ответственности прибавится. И о санатории я могу только мечтать…

— Это замечательно, Соня! Я тобой очень горжусь. Ты прекрасный врач и чуткий человек. И эта должность заслужена.

— Спасибо, – улыбаюсь я. – Мне приятна твоя поддержка. Обычно мужчины противятся карьерному росту…

— Своих женщин, – заканчивает фразу Марк. – Поверь, это делают только неуверенные в себе и незрелые мужчины.

Лодка мерно уносит нас к середине озера. Ветер мягко колышет пряди волос и слегка пожухлую листву деревьев. Умиротворение, покой – вот что я чувствую рядом с ним. А потом, словно в подтверждение моих опасений о ложке дёгтя звонит телефон. Папуля…

— Да, Павел Иванович?

— Сонечка, ты где? – взволнованно спрашивает он. Его тревога и беспокойство вмиг передаются мне.

— Я на озере. Сегодня выходной и я решила, что… – мямлю в ответ. Свекрам придется рассказать о Марке…

— Сонь, какая-то женщина принесла нам ребенка. Крохотного, ему месяца два от силы. Сказала, что это ребенок Павла и… ушла.

— Как это… ушла? Оставила и просто… ушла.

— Сунула Гале в руки отказ. Она странная, Сонь. Зовут Вика – так в отказе написано. Что нам делать, дочка? Ребенок точно Павла – похож как две капли воды на него маленького. Для верности мы тест, конечно, сделаем, но… Он кричит, Сонь. Питание есть, но мы с Галей ему ума не дадим… Приезжай, дочка…

— Сонь, что случилось? – хмурится Марк, завидев застывшую на моем лице расстерянность.

А я и не знаю, что сказать… Ловлю воздух ртом, подбирая слова. Марк резко разворачивает лодку к берегу…

Соня.

— Сонечка, ты побледнела. Расскажи, что случилось? Нужна моя помощь? – взволнованно спрашивает Марк.

— Да… – продолжаю хватать воздух ртом, едва справляясь с обрушившейся на меня новостью. Подумать только, она его все-таки родила! Обсуждала в переписке с моим мужем УЗИ, а потом ошивалась возле нашей квартиры, не решаясь подойти… Так вот, что она хотела? Посмотреть на меня? Примерить ко мне роль матери? Ничего не понимаю, зачем было рожать?

— Сонь, ты можешь мне доверять, – повторяет Марк, направляя лодку к берегу. – Я помогу всем, чем могу.

— Мне… мне надо домой. Там папа Паша… Ребенок. У моего мужа есть ребенок. И она… Она его принесла в дом свекров.

Надеюсь, Марк поймет мое сбивчивое объяснение. Прижимаю Ричарда к груди и с надеждой смотрю в его глаза…

— Понял. По дороге надо заехать в детский магазин? У него все есть?

— Марк, ты сейчас серьезно? – прищуриваюсь и тягостно вздыхаю. – Я хочу вернуть ей ребенка! Немедленно! Отвезти обратно и всучить в руки. Зачем она рожала? Павел погиб, и ребенок стал не нужен? Или это вещь, которую можно вот так привезти и оставить? Как… как кулек. Какая она после этого мать? Ничего не понимаю, кем надо быть, чтобы отказаться от ребёнка?

— Сонь, ну не руби ты сплеча! – Марк прижимает меня к груди и ласково гладит по плечам.

— Ты знал? – не унимаюсь я. – Наверняка твой детектив раскопал эту маленькую грязную тайну.