Книга Если ты хочешь…, страница 78 – Елена Левашова

— Стреляем на поражение! Малеев, отпустите заложницу! Повторяю – стреляем на поражение.

Глаза затапливают слезы облегчения, когда я вижу, как распахивается дверь. Она хрипло скрипит и валится с петель от сильных ударов бричеров.

— Руки за спину! Лицом к стене! – воздух взрывает приказ. Где-то звонко разбивается стекло.

— На выход!

— Прием. Старший лейтенант Саврасов на связи. – Шипит рация. – Заложница на свободе. Есть, товарищ майор.

Топот ног, щелканье затворов, запахи пыли, дыма, пота, страха… От пережитых эмоций я бессильно опадаю на пол. Меня подхватывают чьи-то сильные руки, а слух ласкает мужской ободряющий голос:

— Все позади, Весна Валерьевна. Вы молодец. И ваш сыночек молодец. Настоящий герой!

— Как вы… Кто вы? – шепчу и всхлипываю.

— Старший лейтенант Александр Саврасов, дежурный следователь Вологодского следкома. Майор Духин сообщил об опасном преступнике, а ваш Алешка предупредил еще и поселковый участок. Они тоже здесь.

— Спасибо… – только и могу вымолвить я.

Духин.

— Доложите обстановку, лейтенант. Я на полпути. – Говорю в динамик, не скрывая волнения. Лечу к Весне, проклиная правила дорожного движения и расстояние…

— Объект в доме. Предположительно в подвале. – Важно отвечает Саврасов.

— Почему медлите? Ломайте дверь и берите его с потрохами. Он опасный псих! – рычу в динамик.

— Товарищ майор, спецназ на участке, не волнуйтесь. Весна Валерьевна под моим личным наблюдением. Я вижу, что она пытается его разговорить. Смотрю на них в бинокль. Если бы времени было больше, установили записывающее устройство, а слова Малеева приложили к делу в суде. – Мечтательно добавляет лейтенант. Мне же совсем не до романтики…

— Отбой, лейтенант. Держите меня в курсе.

Бью что есть сил по рулю и прибавляю газа. За время пути меня остановили три раза.

«Превышаем. Куда торопимся?»

«Я майор ФСБ при исполнении, еду на задержание опасного преступника. Свяжитесь с руководством Вологодского следкома, если сомневаетесь. Они подтвердят».

«Удачи, товарищ майор. Будьте осторожны».

Густые леса сменяются пустыми, обожженными солнцем полями. На обочине стоят торговцы картошки и грибов, ларьки с пастилой и медом. Я лечу к тебе, любимая… Уже скоро, осталось чуть-чуть. Напряженную тишину салона взрывает входящий звонок. Верите, я даже радио не включаю, чтобы не отвлекаться. Так и еду, напряженно всматриваясь в горизонт.

— Да. Майор Духин, – отвечаю не глядя.

— Папа, это я, – голос Алешки звенит от волнения. – Ты скоро приедешь?

— Лечу, сынок. Осталось немного. Ты где?

— Дядя Ваня меня послал в поле нарвать маме букет. Я все понял, когда она упала. Пап, мама не видела, как он ей в стакан с водой что-то налил. Она пельмени мешала. А я все видел… Мы с соседкой тетей Клавой сразу побежали в полицию.

Сжимаю зубы так, что становится больно. Мерзавец… Стареешь ты, Малеев. Столько лет прошло, а методы не меняются. Глубоко вздыхаю, стряхивая ярость – сейчас она не лучший советчик.

— Ты умничка, сынок. Все правильно сделал. Ты у бабушки Клавы? Джерри с тобой?

— Да. Когда дядя Ваня приехал, Джерри убежал на речку, а сейчас вернулся. Сюда еще какие-то дяди приехали. Правда, их машины далеко, за поворотом. Они крались, папуль, как настоящие ниндзя. Ползли по огороду. И еще на них страшные маски. – Восхищенно произносит сын.