Книга Спорим? Будешь моей, страница 104 – Дарья Белова

— Была бы благодарна, если расскажешь, куда везешь.

— Кажется, уже рассказывал. Но, по всей видимости, кто-то меня не слушал или не воспринимал слова всерьез. Тебе остается только ждать.

— Тем! — тянет мое имя, и мне нравится, как оно звучит. Мягкость, доступная только ей.

Уголок губ сам собой тянется вверх.

— Мир, — протяжно отзываюсь, позволяя себе коротко покоситься на нее и на ее колени и сцепленные пальцы. Волнуется? Или в предвкушении?

— Ненавижу, когда я чего-то не понимаю, — шепчет сцежено с каплей недовольства.

— Я знаю, — отвечаю с ухмылкой.

Путь до ближайшего городка занимает не больше пятнадцати минут. Типичный староанглийский город с двухэтажными кирпичными домиками, центральной площадью и часовней. В это время улицы преимущественно пусты. Довольно холодно. Даже туристов почти не встретишь.

Большинство магазинов закрыты, кафе работают по укороченному графику и не блещут разнообразием в меню.

В этом плане мне нравится городок Академии. В любое время дня и ночи ты можешь выйти на улицу и купить то, что тебе нужно, провести время так, как душа пожелает.

Паркуюсь возле часового магазина на одной из центральных улиц.

Тучи низко висят, обещая, что скоро прольется дождь. Когда заходим внутрь, за окном начинается настоящий ливень.

— Вы за заказом, мистер Жданов? — часовщик — старый мастер примерно лет ста — выходит из подсобки. Его специфическая манера проговаривать мою фамилию на английский лад смешит.

— Именно, — покашливая в кулак, чтобы скрыть смешок, отвечаю.

Мирра рассматривает зеркальные витрины. Здесь собраны различные коллекции как современных вариантов, так и винтажных. Особую полку занимают часы с занятной историей. Однажды я видел здесь крошечные часы на цепочке самой королевы Виктории. Той самой, из позапрошлого века.

Когда старик нам выносит мой заказ, зову Мирру.

Темно-синяя, сапфирового цвета бархатная коробка прямоугольной формы. В ней спрятаны золотые винтажные часы с двумя циферблатами. Под каждой цифрой бриллиант, и только под «12» установлен рубин — символ королевской власти и христианской любви.

— Это часы датской принцессы Анны, — рассказывает часовщик. — Она носила их до того дня, пока не продала на благотворительном аукционе. Потом какое-то время судьба часов оставалась неизвестной. Когда они попали ко мне, пришлось изрядно потрудиться, чтобы восстановить былую роскошь. Хорошо, что все механизмы и камни остались родными. Ничего не было украдено или заменено.

Смотрю на Мирру и изучаю ее реакцию.

Старик в белых перчатках берет часы из коробочки и надевает их на запястье девушки.

— Вы были правы. Размер верный, — пересекаемся со стариком взглядами.

На тонком запястье часы выглядят почти хрупкими.

— На обороте гравировка, — аккуратно расстегиваю замок после того, как Мирра несколько раз покрутила запястьем.

— «М. от А.», — читает, — емко. Без драматизма. Почему ты выбрал часы именно с двумя циферблатами? Это…

— Странно? — заканчиваю за нее мысль.

Часовщик удалился в свою кладовую, оставляя нас одних.

— Одни часы будут показывать твое время, другие — мое.

Она снова смотрит на часы и проводит большим пальцем по гладкому металлу с выгравированными буквами. Тиканье вдруг становится слишком громким.

— Будем отмерять время до расставания? — спрашивает с грустной улыбкой. Глаза Мирры заслезились.