Книга Спорим? Будешь моей, страница 52 – Дарья Белова

Касаюсь холодными пальцами его скул. Очерчиваю их и волевой подбородок с небольшой ямочкой, затем губы, едва касаясь. Я делаю ровно то, что было в его машине почти год назад перед самым мощным поцелуем.

Между нами лишь воздух, натянутый до предела.

— Удалось переиграть? — говорю в губы, упираясь ладонями в грудь Темы.

— Я был уверен, что ты нырнешь в одежде из вредности. Мирра.

Он произносит мое имя так, будто оно ему нравится больше, чем должно. И от этого становится еще жарче.

— Это значит «да»?

Почти физически чувствую, как теряю контроль над собой.

Ничего не ответив, Жданов притягивает меня к себе вплотную, положив руку на лопатки, и разворачивает спиной к стенке бассейна.

Касаюсь его губ первой, но Артем берет на себя лидерство, и поцелуй сразу становится глубоким, немного диким и ненормальным, как и сам Жданов. Вкус лимонада ласкает язык, горячие губы терзают. Я обхватываю Артема ногами за талию и обвиваю руками его шею. До болезненных ощущений за ребрами хочется слиться с ним и почувствовать ту силу, от которой кружится голова, заставляя забыться.

Его ладонь все еще лежит у меня на спине — тяжелая, уверенная, будто он не сомневается ни в одном своем движении.

По телу разбегается покалывание, в солнечном сплетении усиливающаяся дрожь и приятная усталость.

— А поцелуй? Ты был в нем уверен? — запыхавшись, спрашиваю.

Он слегка склоняет голову набок, изучая меня так пристально, будто я — задача, что ему непременно нужно решить.

— Конечно, — отвечает он слишком спокойно.

Щеки обжигает злостью. Или не только злостью. Упираюсь ладонью ему в грудь, собираясь отстранить, восстановить между нами хоть какое-то безопасное расстояние, но вместо этого лишь сильнее ощущаю под пальцами его тепло и спокойную, уверенную силу. И это спокойствие бесит почти так же сильно, как собственная слабость рядом с ним.

Да и голова кругом оттого, что я с ним, с Артемом. В небольшом бассейне в летнем саду моего дома. Невозможно было это представить, когда меня приводило в бешенство и вселяло страх одни его посылки и вечные веточки мирры на моем балконе.

— Ты невозможен.

— А ты все еще здесь. В моих руках.

Уголок губ Артема дергается. Я принимаю все как свою безоговорочную капитуляцию.

Глава 23. Мирра

Первая игра сезона в этом году проходит позже, чем обычно. Самый большой и известный спортивный комплекс «Олимп» был на ремонте, поэтому баскетболисты «Воронов» и «Звездных Ястребов» встречаются на поле только в конце первого месяца учебы.

Мы с моей командой сосредоточены на левой половине игрового поля. До начала матча остается пятнадцать минут, а трибуны уже ликуют и выкрикивают речевки своих команд.

На нас с девчонками привычная форма: черно-белая в полоску короткая юбка (под ней специальные спортивные трусы, не подумайте) и топ с большой эмблемой ворона на груди. Волосы туго забраны в два высоких хвоста.

Волнение сегодня особенно сильное. Не только потому, что это первая игра сезона после летнего перерыва, но и первое выступление, когда на трибунах сидит…Он . Мой псих. Но для всех он глава Студенческого совета и новая звезда Рейвенс.

Артем не просто сидит, а пристально следит за каждым моим шагом и движением, приклеивается в меня взглядом, от которого я становлюсь сама не своя. Не двигаясь и не подавая вида, все равно вижу, как он всем своим видом кричит, напоминая мне о наших поцелуях в бассейне. Жадных, развязных, пошлых.