Книга Тайна Папы О, страница 53 – Сания Шавалиева

— Прорыв! — командовал Ор.

Братья хватали её и возвращали в крепость.

Ка О терпеливо сидела две секунды.

Потом выползала снова.

Братья опять переносили её обратно.

Через некоторое время они уставали так, будто не с младшей сестрой сидели, а перетаскивали шкаф из комнаты в комнату.

Иногда братья пели ей колыбельную.

Пели они ужасно.

Ор начинал слишком громко. Ар вступал слишком поздно. Слова они путали. А в припеве вообще спорили, кто там куда летел и почему у него отвалилось колесо, если песня вроде бы была про птицу.

Ка О слушала очень внимательно.

Так внимательно, что братья даже начинали гордиться.

Потом она тёрла глаза кулачком, ложилась на бок и засыпала.

В комнате наступала невероятная тишина.

Ор и Ар сидели рядом, не двигаясь.

Дышали осторожно.

Даже глазами старались не хлопать.

Иногда в этот момент приходила Мама О.

Она открывала дверь и заставала дивную картину: Ка О сладко спит на коврике, вокруг неё лежат подушки, игрушки, перевёрнутая коробка, одинокий папин тапок почему-то устроился на шкафу, а два брата сидят на полу с видом победителей.

А Ка О во сне тихонько чмокала губами и, наверное, видела облака на потолке, высокие деревья за окном и себя — маленькую, важную, с крыльями или без крыльев, но непременно летящую навстречу тайнам и приключениям, которых впереди было много.

Аист сидел за роялем и с большим чувством играл «Солнечную сонату». По комнате летали теплые звуки. Сам Аист размахивал крыльями и кончиками перьев касался клавиш. От этого казалось, будто рояль играет сам, без всякой посторонней помощи, а Аист только руководил настроением.

Ка О очень любила такое состояние профессора.

Это означало, что урока, скорее всего, не будет.

Тем лучше. Сегодня особенно. После фехтования с отцом ныло плечо, а на коленке появилась царапина с синяком.

Она тихонько села в уголок — там у неё было любимое место, — поджала ноги и стала смотреть, как Аист творит и музицирует. Мешать ему было нельзя. Да и не хотелось. Когда Аист играл, даже время останавливалось, а лучи солнца кружили в такт музыке.

Так всё и случилось.

Почти к самому концу урока Аист вдруг опомнился. Он остановился на середине красивого перелива, вытянул шею и огляделся по сторонам.

Увидев Ка О в сторонке, он нахмурился, небольшие профессорские брови застыли над глазами.

— Вы давно здесь? — спросил он вежливо.

Ка О кивнула.

— Почему же вы не сообщили о своём прибытии?

— Вы так прекрасно музицировали, что я не посмела.

Аист не подал виду, что ему приятно. Он поднялся с банкетки и стал устанавливать уровень сиденья для Ка О.

— Прошу, — пригласил он её за рояль.

— Да, конечно, — кивнула Ка О, расправляя ноты на полке. — Но только совсем недолго, у меня скоро начнется другое занятие.

— Какое? Что может быть важнее музыки?

— Аэродинамическая труба. Методы прохождения волновой градации.

Аист огорчился.

— Как скучно, — сказал он. — Я даже не понимаю, о чём вы говорите.

Ка О удивилась.

— Но вы же птица! Вы ведь постоянно пользуетесь этим навыком. Летаете, поворачиваете, снижаетесь, ловите ветер. Вам всё это дано само собой. А мне не дано. Поэтому приходится учиться.

— М-да, — сказал Аист. — Право слово, не повезло вам родиться у Папы О и Мамы О. Иначе навык полёта был бы дарован вам при рождении. А так… придётся ожидать позволения Фонтана Сил.