Книга Тайна Папы О, страница 95 – Сания Шавалиева

— Осторожнее!

— Всё нормально, — пробормотал Николай.

— Совсем не нормально.

— Там в сарае яйца и колбаса, — сказал он, стараясь не показывать, как ему больно. — В погребе соленья, в доме хлеб и каша…

Лидия Павловна сразу заметила, как исказилось лицо мальчика.

— Понятно, — решительно произнесла она. — Ты никуда не пойдёшь. Мы сами справимся.

Она сняла зелёную куртку, повесила её на гвоздь и закатала рукава. Без куртки Лидия Павловна стала ещё больше похожа на ведьму из спектакля: длинная чёрная юбка почти касалась земли, а на шее висел медный медальон в форме перевернутой звезды.

— Игорь Модестович, вы отправляетесь за продуктами. Я буду готовить. Аннушка, займись детьми.

— Конечно, — слишком быстро ответила Аннушка.

Ка О сразу почувствовала, что ей снова стало тяжело. Будто ворот платья внезапно сделался тесным.

Аннушка посмотрела на Ка О, словно хотела что-то спросить. Губы её шевельнулись, но вопрос так и не прозвучал.

Ка О нахмурилась:

— Что?

— Ничего.

— Вы опять смотрите.

— Прости. Я не хотела тебя смущать.

Аннушка отвернулась, однако Ка О уже знала: женщина всё равно продолжает следить за ней краем глаза.

Режиссёр тем временем посмотрел на сарай. Изнутри донеслось протяжное:

— М-му-у-у!

Игорь Модестович попятился.

— Там кто-то есть. Мычит коровой.

Лидия Павловна, выглянула в окно.

— Корову подоить, а петуха того-этого… — кровожадно улыбаясь, рубанула рукой. — В суп!

Все посмотрели на огромную птицу. Петух по-прежнему стоял у колодца и не сводил с режиссёра хмурого взгляда.

Игорь Модестович вытянул перед собой руки с аккуратными розовыми ноготками.

— Нет, дорогие мои. Что хотите со мной делайте, но дёргать, рубить и резать я не могу и не буду.

— Но яйца же вы можете собрать? — уточнил Николай. — Правда, чтобы их собрать, надо сначала договориться с петухом. А с чужаками он строг.

Игорь Модестович перевёл взгляд с петуха на сарай, а потом на свой круглый живот.

— Искусство требует жертв, — вздохнул он и вооружился пустой корзиной. — Но хотелось бы, чтобы жертвой сегодня был не я. Лучше скажи, где у вас поблизости магазин.

Из дома раздался возмущенный голос Лидии Павловны:

— Тесто убежало!

— Дайте… дайте мне камеру! — засуетился Игорь Модестович. — Я должен заснять этот момент.

— Уже добралось до пола!

— Ловите его, пока не скрылось в лесу!

Несмотря на тревогу, Николай рассмеялся. Даже Ка О улыбнулась.

Аннушка тоже хотела улыбнуться, но, взглянув на девочку, снова стала серьёзной. На этот раз в её глазах промелькнул не только страх, но и надежда — такая робкая и отчаянная, что Ка О сделалось совсем неуютно.

Она отвернулась к лесу.

Над деревьями медленно расправлял крылья облачный дракон. В глубине его тёмного тела беззвучно мерцали молнии.

Тук.

Ка О вздрогнула.

Аннушка усадила Николая на скамейку и опустилась перед ним на колени.

— Покажи ногу.

— Не надо.

— Я играю крёстную Золушки, — сказала она. — Мне полагается совершать добрые дела и перевязывать разбитые колени.

— Но у меня не колено.

— Значит, будет дополнительная репетиция.

Аннушка осторожно приподняла край штанины мальчика. Однако вместо того, чтобы смотреть на больную ногу, она опять непроизвольно взглянула на Ка О.

Девочка стояла у крыльца, обхватив себя руками.

— Откуда ты приехала? — неожиданно спросила Аннушка.