Книга Желтый ценник, страница 119 – Сания Шавалиева

Тут же в воротах появился Руслан. Ася заметила его боковым зрением и не поверила. Обернулась всем телом и замерла от неожиданности.

— Сбежал? – выдохнула она.

— Отпросился на пару часов. Шашлыка чего-то захотелось.

Он сердечно и крепко обнял Альку потом за руку поздоровался с Владимиром, показал на дом.

— Давай заходи. Зятем будешь.

— Пап, – нахмурилась Алька.

— Давайте, давайте, заходите. Соскучился по вам. Мамка ваша так вообще домой дорогу забыла.

Пошел показывать дом Владимиру.

Ася воевала с мясом. Кусок попался ужасно неудобный и жилистый. Резала, роняла куски на пол, поднимала, мыла.

— Теперь вы расскажите что-нибудь, – похохатывал над Асей Руслан и включал чайник.

Владимир смущался, Алька за него заступалась и казалась невероятно красивой от счастья.

Ася хлопала бесконечными дверцами кухонного шкафа и ругала домработницу Светлану: мало того, что заболела – всегда так делала, когда намечались гости, – так она еще с какой-то жестокой извращенностью прятала специи, тарелки, ножи. В поисках всего этого Ася теряла много времени и чувствовала себя откровенной дурой.

Руслан позвал пить чай. Голос странный, словно далекий гул в тоннеле. Присела, всмотрелась. В его глазах появилось странное зыбкое мерцание, над веками смутными пятнами лежали тени.

— Все нормально? Что с голосом?

— Это после лекарств. Я пойду полежу.

Алька вскочила.

— Пап, тебе помочь?

— Сам, сам. Вы тут… я сам, только полежу, отдохну посплю. Зовите, когда будут шашлыки.

Ася еще полчаса потратила на домашние хлопоты, потом поднялась в спальню. С первой секунды поняла, что произошло ужасное. Он лежал, с головой укрывшись простыней, видна была только левая рука – с неестественно вывернутой вверх ладонью, словно существовала отдельно от тела. Ася сдернула простынь, стала Руслана будить, звать. Он открыл глаза, попытался, что-то сказать. Не получилось. Весь напрягся, вытянулся, отчаянно заработал ногами, потянул левую руку.

— Я ничего не чувствую, – уловила Ася его шепот.

Надо звонить в скорую, но она не хотела его оставлять.

Она звала его, теребила, а он здоровой рукой тянулся к телефону, пытался кому-то позвонить, через секунду отбросил телефон и закрыл глаза.

Скорая приехала быстро, врачи сразу послали Асю найти мужчин, которые помогли бы отнести Руслана в машину. Ася бегала по поселку, теряла тапки, запахивала халат и стучалась по дворам. В одном доме четверо мужчин разгружали кирпич. С трудом, но согласились.

В больнице их встретил все тот же молодой врач. Удивился, каким образом человека, который лежит у него в отделении, привезли на скорой.

— Что случилось?

— Вы меня спрашиваете? – напряглась Ася.

Врач сел за стол, стал оформлять документы.

Алька возмутилась:

— Сделайте что-нибудь!

— Щас, дочь, щас. Щас доктора все сделают. Ведь мы успели, – успокаивала дочку Ася и гладила Руслана по руке, голове, животу. – Щас, миленький, щас. Щас доктор все сделает.

И тут Руслана затрясло, сначала мелкой дрожью, потом сильнее, сильнее.

— Тебе холодно? Да? Щас я тебя согрею. Щас согрею, – Ася прижалась грудью, потом попыталась лечь сверху. На каталке места двоим не хватало.

— Да сделайте уже что-нибудь! – заорала она во все горло.

Вокруг все завибрировало, зашумело, появились люди, много людей. Ее прогнали тихим окриком, покатили каталку к стене, в которой автоматически распахнулись двери. Ася побежала следом, но не успела, двери захлопнулись перед ее носом. Потом стали приходить люди в белых халатах, заходили в двери, она скользила следом, на нее кричали, выталкивали обратно. Но выкручивалась, успевала заметить ноги Руслана, трубки во рту, приборы.