Книга Алсу и Человек в черном, страница 72 – Сания Шавалиева

— Алсу, — остановила Екатерина Миксовна ее после звонка, — вы действительно переезжаете? А куда?

— Пока не знаем. Есть варианты.

— Из школы тоже уходите?

Алсу кивнула.

— Жаль, очень жаль. — Учительница посмотрела с каким-то немым отчаянием, словно находилась у гроба любимого человека. Она была сплошной живой раной, из которой бесконечно сочилась кровь, — и при этом необъяснимым образом оставалась живой.

Насколько Алсу известно, некоторым взрослым, а особенно дамам среднего возраста, иногда приходилось задумываться о необходимости своего бытия. В таких случаях они, как старые постройки, начинали тускнеть, чахнуть, осыпаться штукатуркой. Самые стойкие проходили этот пусть без последствий, слабые приобретали условный рефлекс — бесконечно жаловались, ненавидели, вздыхали: «Господи, куда девалась моя красота? Куда пропали женихи, весь этот флер! Только не надо мне намекать на женскую мудрость и целомудренность. Бабушки о ней врали мамам, они — нам, а мы — им, своим детям. Беда в том, что учителя опаснее, им по определению положено верить. Хотя дети не дураки, все понимали. И вставал вопрос: зачем? Если к сорока годам они могут превратиться в тебя — измызганную, затраханную, безмечтовую учительницу, у которой слова расходятся с делом».

— Я все думаю про тот наш разговор об аникоме.

— Забудьте! — посоветовала Алсу.

— Ну почему же. Понимаешь, я верю, что он существует.

— Взрослые наивно полагают, что знают, в чем смысл жизни.

— Вот не надо цинизма, — взмахнула учительница руками. — Я нутром чую, что ты не такая, за какую себя выдаешь.

Алсу напряглась. Ей совершенно ни к чему такие разговоры. Чего она добивается? Сблизиться? — так Алсу скоро отсюда уедет. Узнать больше о волшебном зелье Акуме? — так Алсу не скажет больше о нем ни слова.

— На его основе можно создать уникальное лекарство. Знаешь, как мир жаждет этого открытия. Вот ты смогла бы? Премию получила бы какую-нибудь. У нас очень хорошая прогрессивная школа, есть даже свой космонавт.

— Екатерина Миксовна, можно я пойду? Вы же слышали, сколько дел: субботник, гитара, хорошо, что еще не сказали, что увлекаюсь резьбой по человеческой кости.

— Ужас какой-то! — содрогнулась учительница. — Как так можно?

— Согласна — не можно.

Через минуту Алсу бежала по коридору второго этажа, а навстречу ей шла Королева Маргарита.

— Ма, а ты чего здесь делаешь?

— Ну, вот хотела взять тебя в город, купить какую-нибудь одежду. А то совсем неудобно — Костин халат, куртка, футболка.

— Так он даже не заметил. У него этого барахла завались.

Из кабинета выскочила Екатерина Миксовна, словно вспомнила что-то очень важное и необходимое.

— Алсу! — крикнула издалека, махнула рукой и вдруг, увидев Королеву Маргариту, вздрогнула, словно наткнулась на прозрачную стену, пятясь, стремительно пропала в кабинете. Не надо быть умной, чтобы понять, что она чего-то сильно испугалась.

— Это наша химичка, — ответила на немой вопрос матери Алсу, — чего это она? Прямо как будто увидела привидение.

— Тоже показалась мне знакомой.

Алсу не поняла, мама шутит или сомневается.

— Ладно, давай поехали. Денег, конечно, мало, все так неожиданно произошло. Ты представляешь я сегодня ходила устраиваться на работу.