Книга Алсу и озеро Нети, страница 93 – Сания Шавалиева

И Алсу решилась задать этот сложный вопрос.

— Мне уже несколько раз намекали, что ты якобы мой отец.

— Нет. Но по правде говоря, мог быть, если бы не свалял дурака. Ведь это я первый познакомился с Марго. Я легко знакомился, легко расставался. Не ценил. А ведь у меня могла быть ты. А теперь у меня есть только маленькая Алсу.

Что ж, одним вопросом меньше. Хотя Алсу с первой минуты не верила в эту белиберду. Но раз слух есть, надо его проверить. И больше об этом не стоит думать.

— Ну что, водопад или лаборатория Интеллекта?

Узнать еще одну правду все-таки необходимо.

— Сначала лаборатория, потом водопад, — поднялась Алсу.

На самом деле Роман и не собирался знакомить Алсу с лабораториями. Так, на всякий случай пообещал: меньше знаешь, дольше живешь. Приказал организовать ужин у водопада. И снова пили, ели, только уже другую, привычную Роману еду.

Какая ирония судьбы — этот превосходный водопад и это жалкое общество. Какая пропасть между наслаждением и услаждением! Алсу искупалась в прозрачной воде и теперь медленно, через трубочку тянула молочный коктейль и думала о побеге.

Долго выбирала время и место. Оценивала возможности, перспективу, сложность здания, пока наконец, не поняла, что без карты и помощника ей не справиться. На первый взгляд, все просто, можно вернуться по тому пути, по которому пришла. Каким бы странным он ни выглядел. Но ведь Роман все равно живет не в космосе. Дом отлично замаскирован какие-то трущобами, развалинами, старыми постройками, городскими, заводскими задворками. Уважающий себя человек сюда не сунется. Без нужды не сунется. А Алсу сунется, у нее задача — сбежать.

Удобно было бы взобраться на крышу, увидеть самое большое здание, близость какой-нибудь реки, территорию лесопарка. Сойдет любой дополнительный штрих в копилку знаний. Тогда она сумеет домыслить, сориентироваться, может быть, предотвратить или избежать неприятностей. О неприятностях не надо. Она, кажется, в них по самое «не могу». Нет, Алсу категорически недовольна собой. Нет ни одного решения.

Несколько раз напомнила о лаборатории. Роман кому-то звонил, извинялся, что сегодня не получиться — срочные опыты. Алсу настаивала, он отнекивался, отбалтывался, переносил экскурсии на завтра-послезавтра. В какой-то момент она отчетливо поняла, что ее просто обманывают.

С трудом дождалась окончания ужина. С нарочито любезной улыбкой, плохо сочетающейся с холодным оценивающим взглядом, сослалась на усталость, головную боль. Такие улыбки у Романа всегда вызывали дурные предчувствия. На сей раз он повиновался, но с какой-то жуткой неохотой.

«Бедный ребенок, — выплыл из груди Романа пузырек жалости, — она боготворит мать, и он её боготворит, да только любит ли, чтобы так настаивать? И кого он больше любит? Маргариту, Королеву или её озера?».

Проводил до комнаты, потянулся поцеловать руку.

— Вот еще, — фыркнула Алсу, затворила перед его носом дверь, прильнула ухом к створке.

Какая же это мучительная пытка — дожидаться, когда человек свалит. Проклинаешь последними словами, молишься небу, а он стоит и ждет, когда его позовут обратно, ведь одиночество — это тоже страх, как и все другие, отталкивающие и невыносимо неприятные. К одиночеству прибавляется старость, болезненность и ожидание конца.