Книга Сберечь тебя. Бессмертие для Дракона, страница 6 – Арина Рекк

Киа пока далека от этого, но у меня озноб по коже от всплывающих в памяти видений.

Разверзшаяся дыра в небе, хлынувшие из нее кровожадные, не знающие милосердия хищники, а на земле гибнувшие, не ожидавшие нападения, да и не умевшие еще воевать чародеи. Тогда мы ничего не знали о перерождении, и каждая смерть непривыкших к потерям воспринималась слишком болезненно. А еще мы не знали битв. Нам пришлось измениться, и изменение внутренней сути далось чародеям очень непросто. За короткий срок немногочисленные выжившие стремительно становились воинами, хотя до того были ученными, создателями.

Напавшие на нас крылатые ящеры не знали сострадания, не разделяли нас на воинов, женщин и детей, они жили инстинктом, который твердил им уничтожать и завоевывать. Стихийной магии чародеев оказалась недостаточно для противостояния пропитанным магией, облаченных в броню чудовищ, и тогда мы сами стали завоевателями. Перед тупыми хищниками у нас было одно единственное преимущество — мы обладали разумом. Найти способ слияния двух магических существ непросто, но когда дело касается выживания — необходимо.

Не знаю ни одного чародея, который гордился бы той победой. Мы присвоили себе тела монстров, забрали стольких, скольких смогли. Сами превратились в чудовищ. Имея с момента обретения второй ипостаси преимущество, мы нападали на них раз за разом в надежде, что они отступят, но хищники не ведали страха, ими двигал лишь обостренный инстинкт завоевания и разрушения, присвоения себе чужого. Мироздание столкнуло тех, кто лишь создавал с теми, кто мог только разрушать, и на пепелище обоих миров родились мы.

Драконов оказалось больше, мы надеялись приручить оставшихся зверей, но обуздать их потребность разрушать не получилось ни у нас, ни у зверей. Уже позже, когда мы научились пользоваться не только телами драконов, но и их магией, мы увидели принесенные ими разрушения, погибшие, раздавленные их грубой мощью миры и планеты. Чародеи бесконечно ценят все живое, но мы ученые, мы не прячемся от правды и не ищем несуществующих компромиссов, и потому было принято решение. Мы закрыли брешь в пространстве и запечатали наш мир от вторжений, скрыли от всех не только существование чародеев, но и монстров, которыми можем становиться. И тогда же мы сделали нечто такое, чем нельзя гордиться. Приняли единственно правильное решение, за которое заплатили высокую цену.

Я рассказываю эту историю Кие, заменяя слова «присвоили», «завоевали» и «поработили» обманчивым «подружились».

Киа лежит на моем плече, задрав личико и внимательно слушая.

— И потом, когда снова наступил мир — понижаю голос, — папа нашел твою маму.

Соня входит именно в этот момент, и я понимаю, что она слушала, но не хотела мешать. Останавливается на пороге широкой арки входа, складывает руки на груди и улыбается, глядя на нас. Она все такая же, как и десятки лет назад, когда заставила меня вынырнуть из сна, в котором я увяз по самые уши.

Глядя на Соню и чувствуя как вся моя сущность тянется к ней, я бы прошел через любой ад снова, лишь бы не терять то хрупкое, что звенит между нами. Ведь именно драконья ипостась дает чародеям возможность любить с такой силой. Эта парность, идеальное совпадение сущностей, досталась нам вместе с телами монстров.