Книга Во главе закона, страница 232 – Лия Арден

— Боль… ушла, – хрипло выдавила она. – Мне не… больно.

Элион с трудом улыбнулся, забирая себе абсолютно всё и ужасаясь, как много она вытерпела.

— Ты забрал её боль. – Фраза Кая не звучала как вопрос. Элион коротко кивнул:

— Не знаю… как… я просто как будто нашёл чем помочь.

— Это перстень. Ты завершил контракт? Если ты отработал дар Танатоса, то перстню вернулась классическая способность его артефактов – избавление от боли.

Элион не сразу заметил, что перемазанное в крови кольцо на пальце слабо светилось, давая ему нужную сейчас силу. Он поднял глаза: Иво, Кай и Кас в напряжении ждали его ответа.

— Ио мертва. Я уничтожил кулон, и она исчезла. – Элион немного потянул рукав, чтобы показать росчерк контракта. Теперь он был золотым, заслуженным, отработанным.

Вдалеке послышались торопливые шаги. К ним бежали двое. Первой неслась со всех ног Пандея, а за ней Веста. У обеих были огромные аптечки.

— Какой керы?! Вы сказали ждать в машине, потому что всё под контролем! Это называется «под контролем»?! – на бегу рявкнула Веста.

Элион гладил Литу по волосам, медленно покачивая, губы тронула улыбка.

— Всё хорошо. В аптечках есть обезболивающее. Оно отличное, оно… – Элион оборвал себя, осознав, что больше не чувствует боли.

Пандея сбилась с шага, как и Веста за ней. Их лица вытянулись, и Элион испуганно опустил взгляд. Сидящая на коленях рядом Кассия открыла рот, но бесконтрольная скорбная гримаса сказала достаточно. Элион взглянул на Мелиту.

Она не дышала.

Её глаза были закрыты, брови и губы расслаблены. Он смотрел на неё не моргая, ожидая, что она дёрнется, что-то скажет, шелохнётся, но она застыла в единственном моменте времени. Если не считать умиротворения на лице, её тело было измучено и ранено.

— Нет… нет, это же… – Элион невесомо погладил её скулу. Его словно пронзило разрядом. Болезненным, испепеляющим изнутри. – Нет, я же… – вновь попытался понять он, чувствуя разряд за разрядом, боль от которых парализовала так, что он не мог даже додумать мысль. Он будто стал долбаным деревом, в которое били беспощадные молнии одна за другой.

Элион заметил собственные слёзы, только когда они упали Мелите на одежду. Он не мог договорить, не мог спросить, не мог даже в голос плакать, ощущая, как нечто сдавило горло. Его рука тряслась, он приложил пальцы к её шее. Пульса не было.

— Эль. – Кажется, его позвал Иво. Кто-то что-то сказал. Элион не понял ни слова, продолжая гладить лицо и волосы Литы, словно это могло помочь ей очнуться.

— Элион. – Твёрдый голос Кая вынудил прислушаться. Элион вскинул на него рассеянный взгляд, прижав Мелиту к себе. – Нам очень жаль. Позволь мне…

— Забрать её? – понял Элион.

Он провалился. Мысленно опять куда-то провалился. Нервно дёрнул головой, увидев разницу в оттенках неба. Прежде было темно, а теперь заря. Сколько прошло? Вероятно, минуты? Они ждали.

— Да. Позволь нам помочь.

Элион оглядел остальных. Пандея и Веста плакали, Кассия переминалась с ноги на ногу с покрасневшими глазами. Иво, как и Кай, насторожённо ждал. Но у всех на лицах было искреннее сочувствие.

Их сожаление раздавливало не хуже чудовищной глыбы. Сперва вес казался едва заметным, пока не спрессовал ему лёгкие и грудную клетку. Шум в голове стал монотонным, Элиону казалось, что его огрели чем-то тяжёлым. Он не мог связать ни единой мысли, чувствуя лишь пугающую прострацию, похожую на ту, что он ощущал, будучи в зеркальной ловушке собственного разума. Но у следопыта смерти было преимущество: он не знал боли. Элиона же она раздирала на части. Та самая внутренняя агония, которая уже не уходила.