Онлайн книга «Дракстрём»
|
Всё это обратилось в настоящую панику. Остров будто бы оживал на глазах, создавая самому себе неживую армию, способную совершить нападение на лагерь мореходов. Объявив обо всё капитанам, их грозный вид смог внушить большинству особенно испуганных, что перед ними не что иное, как непревзойдённое мастерство маскировки, и что необходимо готовится к неминуемой схватке. Всё это происходило на самом деле в считанные минуты, если ни секунды. Таинственные бегуны ринулись из своих засад прямиком в сторону лагеря уже заметивших их брюггенов, которые приготовились к схватке, уже насупившись и обнажив клинки и топоры. Когда солнце озарило теневую сторону, откуда двигались бегуны, то мореходам открылась картина, весьма сменившая затем настроение уже в самом начале боя. Эти самые загадочные противники оказались теми же самыми скватри в шкурах, которых с такой лёгкостью били воины Брюггенгфальма. Воодушевлённые и узнавшие своего в лицо своего противника, моряки кинулись навстречу, обещая бурное столкновение, где смешаются обе стороны в жуткой схватке. Крики, треск и лязг заполнили пустое пространство острова Эйболли. Все, кто был в лагере, будто дикий зверь, накинулись на объявившегося из ниоткуда противника, с которым так жаждали провести хоть ещё одну схватку брюггенгфальмские мореходы. Видимо, боги услышали их мольбы и скватри появились, дабы утолить особенно ненасытных, ищущих пути навстречу своим пращурам. А может быть дело вовсе не в божественном вмешательстве, а скватри всего лишь на всего были уже здесь, в ожидании мореходов, дабы разбить их втайне, но у них вновь не вышло? Откуда бы им здесь вообще взяться? Лагерь потонул в море людей. Костры гасли один за другим, как угасали и жизни боевых товарищей, что складывали свои буйные головы на этой мёртвой земле. Скватри наседали и наседали, но снести наголову воинов Брюггенгфальма было невозможно. В ход шли самые изощрённые способы борьбы с врагами. Мечи, топоры, копья уже не являлись чем-то обязательно используемым в схватке, теперь с лёгкой подачи воины хватали с земли мелкие каменья, булыжники, кто-то оголял кулаки и даже зубы. Люди кланов Эйдфристейна проявляли здесь особенную смекалку, потому что ведение неоднозначных и самых неординарных боёв было их важным свойством в любых битвах. Клан Мёркдара пользовался исключительно луками и стрелами, даже прекращая стрельбу, большей частью используя их же в качестве хорошей дубины или острых дротиков. Клан Келтове поднимали такой пронзительный рёв, что шум в ушах звенел у оставшихся на бортах кораблей пассажиров. Клан Сверрваля выполнял невообразимые акробатические трюки, после которых сам бой можно было вполне закончить, только завидев их необычайные способности владения собственным телом. А клан Корбьёра проявил особенную неконтролируемую ярость, от которой могли страдать не только скватри, но и порой свои же боевые товарищи. Битва, казалось, вот-вот должна сойти на нет, и мореходы могли бы начинать праздновать свою знаменательную победу, но наплыв скватри был нескончаемым, и на месте одного убитого всегда появлялись два других. Численное преимущество явно было на стороне соперника, но брюггены и не думали отдавать сражение. Ёрмунд, который в те самые минуты, как только начинал зарождаться бой, находился на борту «Ормульва», оказался в том состоянии, когда ему непременно нужно было познать ещё одну сторону военного ремесла. Трудно найти понимание того, как поступать ему в подобные минуты, когда его товарищи оказываются в самой гуще сражения, а сам же он не имеет возможности ринуться на место битвы, поскольку обязан следить за своим кораблём. Сколько мыслей тогда посещало юношу, он и не знал, и не мог посчитать, даже если вдруг появилось бы такое желание. Как бы поступили в таковой ситуации мудрые? Что бы сделал герой из той самой истории, что напевают и восхваляют так скальды? Ответов нельзя было получить, они не витали в воздухе, и за них никак невозможно было уцепиться, дабы впитать их, как делают то ещё совсем малые дети, когда на лету успевают схватывать как можно больше знаний и информации. |