Онлайн книга «Тартуга. Обратно в Хелл»
|
Архелонский парнишка почти закончил, готовый через секунду-другую вернуть штанишки на прежнее место, когда в районе копчика, немного ниже, почувствовал резкую боль. Закричал, схватил ужаленное место руками, предпринял попытку бежать. Спущенные шаровары, словно кандалы, не дали ему это сделать. Запутавшись, рухнул, сдирая в кровь коленки, бедра, а в конце падения сильно стукнулся подбородком о камень среди песков. Соприкосновение настолько сильное, что в глазах потемнело, а нижняя челюсть лопнула. На карачках, мыча, выплёвывая по пути зубы, несостоявшийся кэтхантер напоминал брошенного слепого теленка-инвалида в поиске мамы-коровки. Жалкое зрелище. Скорпион, напуганный таким поведением жертвы, скрылся в редкой растительности. Сидящий вокруг костерка резко поредевший отряд в миг вскочил. Сердца ребят ускорили бег, а души наполнила тревога. Лишь Кость остался сидеть. Спокойный, как питон, жевал неизвестный экзотический фрукт, до этого извлеченный из походной сумки. — Говорил же, по нужде ходить вдвоём! Минимум! Один гадит, другой смотрит! Все ли в порядке, а не на процесс. Нашелся, блин, стешняшка! Может, ему еще горячую ванну притаранить надо было, искупнулся на сон грядущий? Мычание приближалось, а после мигом затихло, словно ликвидировали источник одним махом. Кость прошептал зачарование лунного глаза, позволяющее видеть даже без источника света. Поднявшись, двинулся к теплому свежему трупу кэтхантера. Спустя минуту вернулся. — Еще один приказал долго жить. – Доев пурпурный фрукт, выкинул огрызок в сторону, вытирая кисть, испачканную соком, об живот. – Скорпион за жопу цапнул. Это больно. Мучительно. Так-с, заканчиваем посиделки, и на боковую. Двое дежурят, ходят кругами вокруг лагеря. Иначе уснете. Потом будите следующего. Кому-то придется дежурить одному. Я все сказал. Кость расстелился и уснул, перед этим наколдовал себе защиту от ночных насекомых. Душегубец, кутаясь в походный плащ, служивший в данный временной промежуток постелью, размышлял. Физически устал, но назойливые мысли лезли в голову. Удивительна наша жизнь, как ни крути. Ряд случайных событий, эмоциональных поступков, и вот ты, неизвестно где. Лежишь на остывающей, пыльной земле. Думаешь о всяком. На краю света. В окружении подобных тебе потерянных душ… Дом, милый дом… Смех матери, ее теплые слова поддержки, вкусная еда и уют. Наставления отца, как не надо делать. Как надо – он не знает. Долгие вечерние посиделки во дворе, когда время словно замирает, говорит: "отложи дела, насладись моментом". Как в бане смывал трудовой пот, опилки и грязь, наблюдая за текущими к сливному отверстию грязными потоками, понимая: день прожит не зря. Ночные прогулки с милой девушкой, рассуждая о всякой всячине с умным видом, показывая, какой важный, аки павлин, распуская хвост. Воспоминания неслись в чертогах сознания, подобно табуну лошадей, выбивающих копытами пыль грусти, душевных страданий, хандры. Расположившись на твердой растрескавшейся земле, под голову положив вещь-мешок, осознавал: какая же все-таки мягкая постель из наполовину разрубленного ствола! Древесные волокна – гусиный пух! Стоит только прилечь, мигом провалишься в сон. А еще был малыш Тоби с его неблагополучным отцом. Смерть друга повлекла за собой цепь ярких событий, поэтому сейчас он рядом с затухающим костром, за многие тысячи верст от родных земель… |