Книга Призраки старого кладбища, страница 57 – Дария Каравацкая, Эл Моргот, Ася Василевская, и др.

Они медленно наполняли сознание, уплотняясь в почти осязаемые силуэты.

И Януш увидел.

Эта же комната. На алтаре лежит тело молодого мужчины в белой рубахе. Вокруг на полу горят синим пламенем толстые восковые свечи. А у алтаря, спиной к нему, стоит человек в длинном камзоле. Он что-то бормочет нараспев, поднимает руки и совершает рваные пассы в воздухе. Красная нить обматывает его кисти и пальцы. И те же самые нити тянутся к рукам мертвеца, соединяя их хитрым узором. Кажется, что дрожащий воздух комнаты начинает вращаться вокруг алтаря. И вот красная нить загорается холодным мерцающим сиянием.

Человек оборачивается: изможденное лицо, горящие глаза фанатика.

Януш не помнил его черты, но сомнений не оставалось: это он. Некромант.

Он сжимает сияющую нить в руках, и тут видение начинает дрожать. Вместо плавного движения – резкий болезненный толчок. Лицо некроманта искажает гримаса не то боли, не то ужаса, и он беззвучно падает во мрак, который расползается по стенам усыпальницы.

Видение исчезло так же внезапно, как и появилось. Януш очнулся с колотящимся сердцем, стоя на коленях на холодном камне усыпальницы. Он ничего не понял. Только ощутил леденящий ужас и… восторг.

Он не знал, сколько времени провел не в силах пошевелиться: минуту, пять, десять…

— Януш? – услышал он глухой зов Ульяны и не смог произнести ни слова.

— Януш! – крикнула она громче.

Со сдавленным стоном он схватился за виски и выглянул через проем на улицу.

— Я здесь, – проговорил он, собрав последние капли самообладания. – Все… в порядке.

— Что там?

— Ничего, – хрипло выдохнул он. – Пыль. Паутина. Камни.

Спустившись вниз через несколько минут, он даже не взглянул на Ульяну, сел на груду битого кирпича и молча уставился себе под ноги. Дрожь возбуждения шла по телу. Мальчишка, который когда-то зачитывался мистическими историями и мечтал доказать их научно, наконец получил свое.

Он видел. ВИДЕЛ! Нечто магическое, чудовищное и такое манящее.

— С вами точно все в порядке? – вкрадчиво спросила Ульяна, заглядывая ему в лицо.

Януш выдохнул, напряженно соображая, как рассказать ей о том, что он видел внутри. Как объяснить то, что он пока и сам не понял.

Он просто сидел перед усыпальницей и глядел в пустоту.

* * *

Тишина в номере профессора Гурского была осязаемой. Он не произнес ни слова с того момента, как спустился из молельни бледный как мел и с безумно расширенными зрачками.

Ульяне не нравилось это чувство – не понимать. Она привыкла все контролировать и раскладывать по полочкам. Но Януш не говорил с ней и будто вообще не замечал, глубоко погрузившись в раздумья. А она терялась в догадках.

Надеясь, что сможет выведать у него хоть что-то, она молча заваривала чай и украдкой наблюдала за наставником.

Внешне он был спокоен и задумчив. Молча сидел у стола, уставившись в окно, и ритмично барабанил пальцами по лакированной поверхности. Даже не сразу расслышал, как она позвала выпить горячего чаю. Она окликнула его снова:

— Януш? Чай. Я заварила свежий.

Он вздрогнул, моргнул и медленно перевел на нее пустой взгляд.

— Что? А, нет. Спасибо, Ульяна. Не надо. – И снова отвернулся к окну, за которым сияло сентябрьское солнце.

Внутри разрасталась глухая тревога. Раньше Януш всегда делился с ней всем, каждой гипотезой или даже сомнительной идеей. Взять даже эту поездку – он доверил ей свою тайную страсть! А теперь молчит.