Книга Призраки старого кладбища, страница 60 – Дария Каравацкая, Эл Моргот, Ася Василевская, и др.

Стены гостиничного номера поплыли и растворились. Януш отвел взгляд от пламени и снова увидел себя в каменном мешке усыпальницы. Сердце, только что бившееся медленно, вдруг ударило о ребра с такой силой, что в груди заломило. По коже пробежал сухой озноб, в животе все сжалось.

И он услышал голос.

Наконец-то. Человек, алчущий истины. Ты пришел, чтобы освободить меня?

Ужас пронзил Януша насквозь, сковав каждую мышцу. Перед ним из мрака проявлялась фигура. Лицо изможденное, глаза – глубокие колодцы, наполненные вековой усталостью.

Я был Эмиль из Аугсбурга. Они звали меня лекарем. Но я был просто искателем истины о вечной жизни.

В сознании Януша начали вспыхивать картинки: анатом, вскрывающий трупы. Запретные опыты. Изгнание. Скитания. И наконец – покровительство шляхтича, увлеченного тайнами Египта.

Лишь здесь я нашел способ. На этой земле. Я долго искал. Брал свою душу и вкладывал ее в мертвое тело. Но оно не принимало чужое, потому что давно потеряло свое. Пустая оболочка, что обратится в прах.

И тогда я понял. Обмен.

Душа после смерти еще девять дней блуждает у порога, завершая мирские дела. Она цепляется за близких и родной дом. И тогда ее можно привлечь обратно в тело. Провести по священному пути. И в момент перехода поймать. Разорвать невидимую нить, соединяющую ее с телом. А после связать с телом новую душу, живую. И у меня почти получилось…

Януш увидел молодого конюха, который поскальзывается на каменной брусчатке на площади и насмерть расшибает голову. Эмиль осматривает тело, и в его голове рождается безумная идея.

Я был стар и собирался переселить свою душу в молодое тело – единственный шанс обмануть смерть и продолжить жизнь.

Видение стало резким и ясным, Янушу казалось, что он смотрит на обряд глазами некроманта.

Ночь после похорон конюха. Некромант откапывает тело и затаскивает его по винтовой лестнице в молельню над усыпальницей. Он укладывает его на алтарь, зажигает свечи, и синее пламя освещает крипту.

Еще картинка: некромант что-то бормочет в экстазе ритуала, его руки красной нитью сплетены с руками покойника.

Молодая душа была где-то близко. Но они привязали ее крепче. Жаль, я понял это слишком поздно.

В день погребения я наблюдал из своей молельни. Молодое тело принесли в гробу и поставили у могилы. Из скопища родни вышла плачущая старуха и склонилась над гробом. Она достала из-за пазухи сверток, поднесла к губам и начала что-то в него шептать. А после положила сверток к телу. С ним его и погребли.

Лишь после ритуала я смог понять. Я ошибся. Пытаясь разорвать связь души и тела, я не учел силу другой связи. Любовь. Она оказалась прочнее всех моих расчетов.

Снова усыпальница. Эмиль делает рывок, чтобы поймать душу, но ему не за что ухватиться. Душа парня не откликается на его зов.

Сила, которую некромант собрал в этом жутком ритуале, требует освобождения и выплескивается наружу, озаряя каменную молельню ярким белым светом. Но, не встретив другой цели, обрушивается на него самого.

Жгучая боль и отчаяние пронзили сознание Януша.

Тело некроманта распадается в пепел, а душа превращается в густую тень и медленно впитывается в стены усыпальницы.

Но не умирает.

Она остается замурованной в холодном камне пирамиды – своем новом сосуде.

Голос в голове Януша стал тише.