Книга Кодекс Охотника # 45, страница 41 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Мы знаем, — с готовностью закивало нечто. — Именно поэтому мы к вам.

— Не понял…

Мне объяснили, обстоятельно, с поклонами и с той особой интонацией, какая бывает у людей, объясняющих очевидное большому начальнику, который почему-то не в курсе дел.

К королю напрямую обращаться нельзя. Это, оказывается, вопиющее нарушение всего сразу. Двора у него пока нет, приемных дней нет, распорядителя нет, порядка подачи прошений нет.

А раз ничего нет, но обратиться очень надо, работает древнее правило — нужно идти к тому, кто стоял по правую руку в момент коронации, то есть ко мне.

— Вы были рядом, — торжественно объявило нечто. — Все видели. Вы стояли в первом ряду, когда Тень признала Его Величество. Следовательно, вы его доверенное лицо.

— Я его друг, а не доверенное лицо.

— Тем более!

Спорить было бесполезно. Логика у теневых существ такая же, как у земных чиновников. Если им удобно считать тебя ответственным, они будут считать тебя ответственным, и никакие возражения делу не помогут.

Кстати, Шушу за доверенное лицо не считали, я специально уточнил.

Мне вежливо, но с явным недоумением объяснили, что королева — это, конечно, прекрасно, это украшение двора, это гордость Шнарков, но дела так не решаются. Дела решаются с мужчинами. Ну или хотя бы с теми, кто стоял рядом и показал свою силу.

Я честно попытался объяснить, что если Шуша об этом узнает, то у них станет на несколько делегаций меньше, но они меня не услышали.

— Ладно, — сказал я, оглядывая очередь. — Первые, заходите!

Первые, разумеется, оказались самые хитрые. Посольство Тени, именно так они представились, с большой буквы, с придыханием и с полным набором регалий, из которых я запомнил только одно слово — полномочный. Пятеро, все в дыму, все при золоте, все с той липкой доброжелательностью, по которой на любой планете безошибочно опознается человек, живущий на проценты с чужих договоренностей.

Я видел тысячи таких. На Земле они сидят в международных организациях, носят дорогие костюмы, говорят красиво и долго, а по факту не решают вообще ничего. Зато между теми, кто решает, стоят прочно, и мимо них не пройдешь.

— Мы тысячелетиями обеспечивали связи между кланами Тени, — журчал главный. — Мы вели переговоры, разрешали споры, доносили волю сильных до слабых…

— И брали за это процент.

— Да, скромное вознаграждение за посредничество, — не смутился он. — Так вот, при новом порядке, мы бы хотели сохранить свой статус. Свою… роль. Ну вы понимаете.

Я понимал прекрасно. Пришли барыги узнать, не отменит ли новая власть их кормушку.

— Вопрос этот не ко мне. Король будет разбираться сам.

— Разумеется, разумеется! Но мы бы очень просили замолвить за нас слово. Мы люди небедные…

— Вы вообще не люди.

— Тем более! — обрадовался он и щелкнул пальцами.

К моим ногам легли дары. Сгусток чистой теневой энергии размером с приличный валун, такой, что у Кренделя случился бы обморок от восторга. Ларец с камнями, которых я в Многомерной не встречал. Стопка свитков с описанием явно чего-то древнего и наверняка забытого. И еще пяток мелочей, каждая из которых потянула бы на годовой бюджет небольшого государства.

Я посмотрел на это богатство, потом на посольство, затем снова на богатство. Знаете, за время брака с Аней, и благодаря тлетворному влиянию ее бабушки, я усвоил одну вещь — отказываться от денег глупо, если тебя за них ни к чему не обязывают. А меня они ни к чему не обязывали. Меня только попросили замолвить за них слово. Слово я могу замолвить какое угодно, например: Шнырька, к тебе приходили какие-то жулики. Формально обещание будет выполнено.