Книга Кодекс Охотника # 45, страница 7 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Ну что, Ваше будущее полноценное Величество, — сказал я, осматривая руины, тварей и сгущающуюся вдалеке тень, которая явно уже поняла, что ее лишили любимой кормушки, — кажется, теперь всё действительно зависит от тебя.

Только я это сказал, как пространство перед нами начало бурлить. Не красиво, не величественно и даже не пафосно, а так, будто кто-то кинул в густую болотную жижу камень, и теперь вся эта гадость решила подняться наверх, дабы лично посмотреть, кто посмел ее тревожить.

— Ну вот, — вздохнул я. — Началось.

Шнырька рядом дрожал, причем уже не так, как раньше, когда пытался изображать храброго маленького короля, а вполне честно и от души. Корона мерцала у него на голове, доспехи чуть подрагивали вместе с ним, а глаза бегали по сторонам в поисках хоть какого-то направления, куда можно было бы героически отступить. Жаль, что направления не было.

Со всех сторон к нам плыла орда. Именно плыла, не бежала и не ползла, а двигалась через это серое теневое пространство так, будто само пространство было для них водой. Твари разных форм и размеров появлялись из руин, из трещин, из-под обломков чужих миров, из пустоты между висящими островами. Одни походили на огромных безглазых собак, другие на змей с человеческими руками, третьи вообще представляли собой скопления пастей, когтей и дыма, которые, видимо, однажды попытались стать живыми существами, но на середине процесса передумали. Все они двигались к Шнырьке. Не ко мне, а к нему.

Тут я уже понял окончательно, что прежний Король сам показываться не собирается. Зачем? Он умный, старый и не настолько тупой. За короля играет его свита, а ему сейчас плохо, он еще не восстановился. Да так обычно и происходит, что у бывшего короля свита остается при нем, если, конечно, голова на плечах, а не в канаве где-то.

Это была не моя битва, не мой трон и не моя корона. Стоило мне начать рубить направо и налево, как вся эта затея могла развалиться к хренам. Тень не признает короля, за которого сражался кто-то другой, и плевать ей, что этот король размером с хороший арбуз и сейчас, кажется, мысленно прощается с жизнью, мороженым, цветами и всем хорошим, что было в его короткой, но насыщенной биографии.

Я посмотрел на Шнырьку, а он посмотрел на меня.

— Ш-ш-андр… — выдал он очень тихо.

Мне даже стало его жалко, но не настолько, чтобы всё отменить, но достаточно, чтобы вмешаться красиво.

— Ладно, — сказал я. — Помогу тебе в последний раз. Но играй свою роль хорошо, а то ты всё испортишь.

Мелкий даже не понял, что именно я имею в виду, а я уже открыл ему краник своей силы. Энергия пошла в него мягко, но плотно, не так, чтобы разорвать изнутри, но достаточно, чтобы он перестал быть просто маленьким Шнарком в красивом доспехе и хотя бы на время стал похож на того, кто имеет право претендовать на что-то большее, чем очередную порцию мороженого.

Корона на его голове вспыхнула сильнее, Тень вокруг дрогнула, и несколько ближайших тварей даже замедлились. Но я прекрасно понимал, что одной подпитки мало. Он все равно ничего не сделает. Слишком маленький, слишком неопытный, слишком мало в нем пока того, что должно быть у короля. Наглость есть, аппетит есть, умение воровать вообще на высшем уровне. А вот чтобы встать перед ордой теневых уродов и сказать — «Я тут главный, а вы все пошли нахрен!», до этого ему еще расти и расти. Значит, придется помочь ему иначе.