Книга Кодекс Охотника # 44, страница 102 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

История, которую он поведал за обедом, была проста и поучительна, как все истории, которые начинаются словами… Да мы на интерес, чего ты? Ставка на вторую сотню Героев сгорела быстро. До архилича первым добрался хан Ашик лично, снес ему башку вместе с посохом и даже не сбавил хода, понесся дальше в зарубу. Бурбулис, поставивший на хана, скромно собрал банк. А дальше Петрасу предложили отыграться. Потом еще раз отыграться. Потом розовенькое сделало свое черное дело, и подробности у него сохранились фрагментами, но каждый фрагмент стоил ему отдельной сокровищницы.

— Ничего, — успокоил я его. — Считай это платой за обучение. Зато теперь ты знаешь главное правило Многомерной: никогда не садись играть с этими двумя.

— Теперь я знаю, — мрачно согласился Петрас и тяжело вздохнул.

А потом мы перешли к делу, и веселье из разговора ушло, потому что я рассказал ему про Титаническое кольцо-портал на краю Равномерной, про батареи Пустоты, вязь Хроники и почерк Пастыря. Про кадавра-посла и торг четвёрки. Петрас слушал молча, и с каждой минутой передо мной все отчетливее проступал не смешной проигравшийся турист, а Охотник с двумя с половиной тысячами лет за плечами. Правильный, надежный брат Ордена до мозга костей.

— Первый должен это узнать, — сказал он, когда я закончил.

— Первый это узнает, — кивнул я. — От тебя лично, слово в слово.

Я вручил ему запечатанный доклад. Первая Конная, деревня Бездны, ворота, посольство Скульптора, всё, что видел, слышал и успел понять. Петрас принял конверт с печатью Рода так, словно я вручал ему орденскую реликвию.

— Осталась мелочь, — добавил я. — Доставить тебя домой. И тут, брат, держись за что-нибудь, потому что поедешь ты с комфортом, которого не пожелаешь врагу.

Звать долго Бездну мне не пришлось. Я просто вышел во двор, посмотрел в небо и сказал вслух.

— Есть просьба.

Воздух посреди двора свернулся в фиолетовую спираль, и из неё вышла Бездна. Судя по скорости появления, она эту просьбу ждала с того самого момента, как её лошадь мне что-то нашептала.

— Слушаю, — промурлыкала она, и от этого мурлыканья у гвардейцев на стенах синхронно встали дыбом волосы.

— Всё просто. Видишь этого замечательного Охотника? Его нужно доставить домой, в Орден, в целости и сохранности, вместе с одной посылкой.

Я поставил перед ней ящик. Крышку я открыл сам, чтобы не было недомолвок. Вот тут произошло то, ради чего стоило продавать билеты. Бездна посмотрела на кубики. Потом ещё раз посмотрела на кубики. Потом вся ее расслабленная вальяжность куда-то делась, и Верховная сущность, богиня безумия, гроза бесчисленных миров сделала стойку. Натурально, как охотничья собака на дичь. Она подобралась, вытянулась, и глаза у нее загорелись таким голодным огнем, что ящик, по-моему, слегка задымился.

— Это то, что я думаю? — очень ровным голосом спросила она.

— Это детские кубики, — честно ответил я. — Подарок моему сыну.

— Это Первородная материя, Сандр.

— Поэтому кубики и не ломаются. Качественная вещь.

Бездна оторвала свой взгляд от ящика и посмотрела на меня так, как смотрят на человека, который заворачивает селёдку в древний свиток творения, потому что бумага подвернулась удобная.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Я доставлю Охотника и… посылку.