Книга Кодекс Охотника #22, страница 91 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Ну, тогда последний вопрос: что мне нужно знать прямо сейчас, и это не терпит отлагательств?

Медоед вздохнул и устало сказал:

— Открывай своё сознание, я покажу тебе кое-что ещё.

Я не заставил себя уговаривать, открыв свой разум.

На удивление, это была всё та же последняя картинка. Момент, когда Александр Галактионов уходил на своё последнее задание. Он уже стоял около портала, когда внезапно обернулся и посмотрел на медоеда.

— Чуть не забыл, мохнатый дружок, это я оставлю здесь.

Он снял с пальца кольцо главы Рода и положил наземь около портала.

— А теперь, кыш отсюда. Тебе нельзя здесь находиться.

«Я-медоед» развернулся и вышел в коридор, где стоял некромант. А массивная дверь потихоньку заскользила вбок, закрываясь. Последнее, что я видел, это весёлую улыбку и бесшабашный блеск голубых глаз, когда Александр Галактионов помахал нам на прощание, дожидаясь, что дверь захлопнется.

А потом «содрогнулся весь мир». Слышно было, как завыло Мироздание. С потолка посыпались крошки камня, а где-то вдалеке раздался дикий потусторонний вой…

И тут изображение закончилось. Представляю, что произошло в самой комнате. Там перстень, вообще, остался?

— И почему он просто не передал его своим детям? — последний вопрос я задал Затупку.

Но вместо ответа тот начал слизывать с моего тела налипший песок.

— Эй, ты чего? — повернулся я к нему.

Тот на секунду остановился, отошёл в сторону, и снова обоссал то место, где развоплотился джинн.

— Ну-ка, иди сюда! — хлопнул я в ладоши.

Затупок тут же подскочил ко мне и заглянул в глаза, преданно виляя жопкой. Я тоже заглянул ему в глаза. Разума там не наблюдалось. Затем посмотрел в Душу. Ну да, «перезагрузка» состоялась. В данный момент медоед отключился от всех Душ-мечей, кроме единственной моей Аквилы, которая висела у меня на поясе.

— Что ж, мохнатое чудовище, — потрепал его по голове, — нас снова ждёт долгий и тернистый путь к твоему разуму. Слышь, мелкий, дай-ка мне яблоко.

— Откуда у меня яблоко? — поинтересовался Шнырька, недовольно скрестив лапки и образовавшись у меня на плече.

— Ой, да ладно, не заливай, оно у тебя точно есть.

— Хорош-ш-шо… — запыхтел тот, и вернулся с большим красным яблоком.

— Спасибо, — буркнул я, взял у Шнарка яблоко и протянул Пупсику, который с большим удовольствием, улёгшись у меня на коленях, начал его жевать.

А я гладил его по шёрстке и смотрел вперёд.

Осмыслить мне надо очень многое. Да, Бархан всё также у меня в приоритете. Но вот Распутину спокойно бегать по этому миру я точно не позволю. А ещё он точно не достоин лёгкой смерти. Но, кроме того, что перед смертью его нужно будет допросить.

Я улыбнулся, и заметь кто мою эту улыбку, точно мог бы подпустить к себе. Потому что я вспоминал некоторые приёмчики, которыми не гордился, а которые вынужденно использовал для того, чтобы вытащить из человека нужную информацию. Я уверен, что узнаю всё, что знает Распутин. Осталось до него только добраться. Говорят, что ему приделали новые металлические руки. Интересно, обе эти руки одновременно ему в задницу залезут?

В любом случае, я уже был в пустыне, и мне всё ещё был нужен Бархан. Есть много интересных задач на ближайшее время. Но эта падла покусилась на святое: на мою семью, на моего сына. Спускать ему я не намерен.