Книга Кодекс Охотника #19, страница 16 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Шнырька первым нашел Ратника. Тот сейчас стоял возле Кодекса, и читал с легионерами Устав. Не спеша, я пошел туда же. Внизу меня встретила, пока еще, редкая шеренга легионеров, которые повторяли за Ратником слова, что будут с ними всю жизнь. Они меня не заметили, но так я и планировал. Захотелось послушать и поностальгировать.

— КРОВЬ МОЯ… — громко кричал Ратник, и они хором за ним повторяли. — ЖИЗНЬ МОЯ… ЛЕГИОН!

— ЛЕГИОН! — громко пробасили они.

— НЕ ЗНАТЬ МНЕ БОЛИ И СТРАХА! — продолжил он двадцать восьмой пункт Кодекса Легионера. — НЕ ЗНАТЬ МНЕ СОМНЕНИЙ! ВЕДЬ Я И ЕСТЬ ЛЕГИОН!

Я слушал и улыбался. Такие, кажется, возвращаются далекие прошедшие дни, за которыми я очень скучал. Пусть сейчас это лишь жалкое подобие Легиона, но это всего лишь начало.

Всё имеет свое начало и конец, но только не Кодекс!

Я дослушал до конца, и только тогда подошел к Ратнику.

— Сандр! — он крепко пожал мою руку.

— Александр, — поправил его.

Почему-то Ратнику мое прошлое имя нравилось куда больше теперешнего. Возможно, таким образом, он пытается приблизить меня и себя к Ордену и тем временам, ведь мы с ним жили в разное время и в разных мирах.

Затем мы сели с ним в удобном месте, чтобы не мешать отрабатывать удары легионерам. Задание у них на сегодня — сражаться почти в полной темноте. Лишь тусклый свет им в помощь, и всё. Вообще, Ратник гоняет их так, что лет через пять, думаю, они смогут показать результат, который многих удивит. Смертельно и очень неприятно удивит. Пока у них в Колодцах Душ было всего по одной Душе, но скоро мы это исправим. Однако, к их приходу также нужно подготовиться. Но, уверен, Волгомир справится.

— Я чего к тебе пришел, — разливая чай из термоса по кружкам, которые я тоже принес, обратился к нему. — У меня для тебя есть задание, и я хочу, чтобы ты сказал, сможешь его выполнить или нет.

После слов сможешь или нет, у Ратника полезли глаза на лоб и он даже вскочил.

— Смогу! — прозвучал полный уверенности и стойкости голос, в нем не было даже намека на сомнение. — Все смогу сделать… А если не смогу сам, то найду способ, как это лучше сделать.

— Хорошая тактика, — похвалил его. — Легионер даже после смерти остается Легионером.

— Как и Охотник, — он вернул мне мои же слова.

Я еще раз разлил чай и дал возможность ему отпить, чтобы промочить горло после озвучивания Устава, и только, когда кружка показала дно, я начал.

— Я хочу, чтобы ты создал отдельную когорту в своем Легионе. Ту когорту, которую будешь воспитывать и обучать лет двадцать. Я хочу, чтобы у моего сына был свой Легион, а эти люди будут его ядром… Что думаешь по этому поводу?

Ратник на пару секунд завис, а затем посмотрел мне в глаза и серьезно ответил.

— Для меня это большая честь. Это очень хорошее решение! — не думал, что она так ему понравится. — К тому времени, как ваш наследник вступит в свои права, у него уже будут верные ему люди. И люди непростые, а те, которые проходили подготовку в нужное время.

— Значит, ты берешься за это дело? — чет, не думал, что это будет так легко.

— Конечно! Я сделаю все, что в моих силах и, наверное, стоит подумать про когорты для остальных детей, — стал он размышлять и выдвигать свои версии.

— Каких это еще детей?

— Так этих, будущих, — ответил он так, словно все уже в курсе, сколько у меня будет детей.