Книга Родовое гнездо, страница 65 – Эльхан Аскеров

Они лежали у костра до самых сумерек. Но едва начало темнеть, Григорий поднялся и, тяжело вздохнув, еле слышно произнёс:

— Пора, друже.

Поднявшись, Беломир молча последовал за ним прочь из лагеря. Уже привычно дождавшись, когда казак закончит оборот, он повесил кинжал волку на шею и, потеребив шерсть на могучей шее, тихо произнёс:

— Осторожен будь, брате. И старшинам воли не давай. Ждать вас стану.

Вместо ответа волк ткнулся лобастой башкой ему в грудь, едва не опрокинув на спину, и, развернувшись, беззвучно скрылся в подлеске. Собрав вещи казака, Беломир вернулся в лагерь и, присев в костру, вскинув голову, мрачно посмотрел в темнеющее небо. Беломир отлично понимал, что из этой драки вернутся далеко не все. А значит, он просто обязан сделать так, чтобы эти потери были как можно меньше.

И дело тут было не в человеколюбии или какой-то высшей цели. Просто потеряв казаков, он обречёт на смерть всех, кто был ему хоть немного дорог. Включая собственного, ещё не рождённого ребёнка. До него только теперь начало доходить, что Дамира носит его родного, кровного ребёнка. Выходит, он должен сделать всё, чтобы этот ребёнок мог спокойно жить. Должен и всё.

* * *

К подходу первой сотни казаки успели. Беломир сумел обнаружить противника ещё в степи. До того, как войско втянулось в леса предгорий. Имея представление, куда именно движется эта сотня, парень выбрал на их пути подходящее место, и казаки в авральном порядке начали устраивать засаду. К подходу противника всё было готово. Казаки устали и вымотались, сам же Беломир чувствовал себя выжатым, но всё это не помешало казачьему воинству встретить врага со всей своей пролетарской ненавистью.

Два залпа из четырёх пушек, и лихая атака не оставила противнику ни одного шанса. Понимая, что этой дорогой могут воспользоваться и остальные, Беломир заставил своих бойцов навести на месте засады идеальный порядок. Трупы утащили дальше в степь, а кровавые пятна засыпали песком и землёй. В некоторых местах даже кусты высадили.

Глядя на эту суету, Григорий и Елисей только головами качали, но как-то оспаривать решения парня не решались. Понимали, что всё это делается не просто так.

Сам же Беломир, едва убедившись, что все его команды выполнены, тут же снова погрузился в транс. Убедившись, что очередная сотня ещё не подошла, парень вернулся в себя и, бессильно повалившись на кошму, еле слышно проворчал:

— Да будь оно всё неладно. Так и сдохнуть не долго.

— Ты чего там? – тут же подскочил к нему Григорий. – Нужно чего, друже?

— Воды дай, – справившись с кашлем, прохрипел Беломир.

Напившись, парень кое-как уселся на кошме и, протянув к костру озябшие пальцы, мрачно вздохнул:

— Нет пока никого. Что казаки, которые за степью смотреть должны? Вестники были? – уточнил он, повернувшись к Григорию.

— Не было пока. Одну сотню и приметили, – смущённо пожал он плечами.

— Значит, опять ждать станем, – тяжело вздохнул парень.

— Придётся, – в тон ему вздохнул Елисей, присаживаясь к костру. – Ты б передохнул маленько, брате. Нельзя так. Сам себя изведёшь.

— На том свете отдохнём, – автоматически отозвался Беломир и едва не взвыл от злости на самого себя. Снова отвлёкся и забыл о самоконтроле.

— Думай, чего несёшь, – рыкнул в ответ Григорий.