Книга Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов, страница 355 – Эльхан Аскеров

Уже за воротами Елисей придержал коней и, переведя их на шаг, направил их в объезд крепости. Ему нужно было, чтобы преследователи, если они будут, не раздумывали, где их искать, а самое главное, чтобы мальчишки не выдохлись от долгого бега по лесу и могли прикрыть их в нужный момент. Помня, что примерно посередине дороги от ворот до ворот находилась небольшая живописная поляна с крошечным родником, именно туда он и направил коляску. Если уж решил выгулять девицу, то сделать это надо так, чтобы она ничего не заподозрила.

Подъехав к нужному месту, Елисей остановил коляску и, спрыгнув, подал девице руку, помогая сойти на землю.

— А почему мы здесь остановились? – оглядевшись, с интересом спросила она.

— Так скучно просто так ездить. Вы вон туда ступайте, – с улыбкой указал Елисей нужное направление. – Сами все увидите. И погуляете, и воздухом чистым подышите. А пить захотите, так там родничок хрустальный. Вода, как слеза божья.

— Да вы прям поэт, – рассмеялась девушка. – Вот уж не думала.

— А чего тут странного? – развел Елисей руками, делая вид, что смутился. – Красота, она любой живой душе понятна.

И только тут Елисей вдруг сообразил, что понятия не имеет, как ее зовут. При первой встрече им было не до знакомства, а после их папаша не счел нужным представлять его своим дочерям. В общем, это нужно было как-то исправлять, поэтому, смущенно кашлянув, Елисей поправил папаху и как заправский сердцеед, чуть поклонившись, добавил:

— Вы уж простите, сударыня, но я имени вашего так и не знаю.

— А ведь и верно, – удивленно ахнула девица. – Как вас звать, я прекрасно помню. Имела честь слышать, – озорно улыбнулась она. – А вот меня вам так и не представили. Как и сестрицу мою. Екатерина Николаевна.

— Весьма польщен, сударыня, – снова поклонился Елисей. – А вы не боитесь так откровенно про секрет папашин?

— Да вы ж и так знаете, – небрежно отмахнулась Екатерина. – Помню, папа всю дорогу до города никак понять не мог, с чего вы вдруг так сразу про все узнали.

— Так дело-то нехитрое, – усмехнулся Елисей, аккуратно поддерживая девушку под локоток и помогая обойти куст. – Ликом вы схожи. Все трое. Сразу видно, одна кровь.

— Но вы первый, кто угадал, чья именно, – не уступала девушка.

— А может, я первый, кто не побоялся папаше вашему правду сказать? – не удержавшись, поддел ее парень.

— А вы дерзкий, – развернувшись к нему всем телом, удивленно протянула Екатерина. – Я это еще в тот раз заметила.

— Не был бы я дерзким, сидеть вам с сестрицей в гареме турецком, – хмыкнул Елисей, пожимая плечами.

— А правду говорят, что вы вообще ничего не боитесь? – помолчав, вдруг спросила девушка.

— Ничего не боятся только безумцы, – отмахнулся парень. – Я умею правильно риск оценивать.

— А еще говорят, что вы очень много знаете и умеете, но совершенно не помните, у кого и чему учились. Это тоже не так?

— Так, – скривился Елисей. – Болел я сильно. В станице нашей мор был. Вот я и заразился. Бабка, царствие ей небесное, уж и попа позвала. Тот меня и отпел, и соборовал, а я возьми да выживи. Вот только памяти лишился. Попервости даже бабку родную не признавал. Потом стало всплывать в памяти всякое. Да видать, не все всплыло.

— Это страшно, – помолчав, тихо вымолвила девушка. – Жить, и не помнить о себе ничего. Страшно, – еще тише повторила она.