Книга Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира, страница 359 – Эльхан Аскеров

— Думаю, через неделю, – подумав, высказался Елисей. – Со всеми этими случайностями все дела прахом пошли. Полиция то и дело у дома крутится.

— Это решаемо. Сегодня же затребую все документы по этому делу, для проверки. Ну, а после и жандармы отмахнутся, – решительно пообещал полковник, ложечкой отламывая кусочек пирожного.

— Когда я смогу получить нужные мне бумаги? – поинтересовался парень.

— Вы мне, я вам, – усмехнулся контрразведчик.

— Долго, – мотнул Елисей чубом. – Я бы хотел закончить это дело побыстрее, чтобы вплотную заняться своей бедой. Да и в свете всякие слухи притушить надо. Черт, уж больно не вовремя это все случилось, – расстроенно выругался он.

— За слухи не извольте беспокоиться, – помолчав, пообещал полковник. – Это дело я быстро пресеку. Да и с бумагами теми графа сам познакомлю. Вам в это лучше вообще не влезать. Вас считают дикарем с Кавказских гор, вот пусть так и останется. Для дел полезнее.

— Для каких именно, позвольте узнать, – ехидно уточнил парень.

— А для всех. И ваших, и моих. К слову сказать, револьвер ваш весьма начальству понравился. Его сиятельство, князь Тарханов, проявил серьезный интерес к вашему оружию.

— А князь Тарханов, это, позвольте спросить, кто будет? – поинтересовался Елисей, глядя на полковника кристально честными глазами.

— Гм, похоже, про дикаря это не такая уж и байка, – растерянно проворчал полковник. – Это, чтоб вы знали, сударь, и есть наше с Александром самое большое начальство. Он всей службой нашей управляет.

— Не знал, – честно признался Елисей. – Уж простите великодушно, но я так высоко не летаю.

— Ага, но свободный проход на доклад к его высокопревосходительству генерал-губернатору Кавказа имеете, – тут же поддел его полковник.

— Я теперь в опале, – отмахнулся Елисей.

— Еще одна Сашкина шутка, – тихо рассмеялся полковник. – Он на такие трюки мастак. Особенно, ежели кому нужному спину прикрыть надо.

— Похоже, вы с Александром Савичем давно знакомы, – зацепился Елисей за его оговорку.

— С юности дружим, – кивнул контрразведчик. – Я потому и взялся вам помогать. К тому же у него много ниточек с Кавказа в столицу потянулись. Вот оно все в один узелок и завязалось.

— И я туда же, – мрачно усмехнулся Елисей.

— Не расстраивайтесь, князь, – улыбнулся полковник. – Ваше участие в этом деле только в той части, что вам самому интересна. А вот добытые вами бумаги, это, поверьте, весьма, весьма серьезно. Тут уж, простите, дело уже государственное. Всего рассказать не могу, дознание идет, но и того, что имеем, уже достаточно, чтобы с некоторых господ головы слетели. Потому и прошу вас еще подобных бумаг добыть. Чтоб уж наверняка.

— Сделаю, – подумав, кивнул парень. – Только и вы уж помогите со своей стороны. Слухи в свете и бумаги графу покажите.

— За то будьте покойны, – решительно заверил полковник. – Сегодня же полицию от дома вашего уберем. Найдем им другое занятие.

— Ну, тогда я вечером на адрес пойду. Посмотрю, как приятель наш поживает, – хищно усмехнулся Елисей.

Они закончили лакомиться и, расплатившись, вышли из кофейни. Елисей, попрощавшись с полковником, направился к своей карете и через десяток шагов снова наткнулся на неугомонную графиню-дуэлянтку.

— Князь, как я рада вас видеть! – воскликнула та, тут же вцепившись ему в локоть.