Книга Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира, страница 369 – Эльхан Аскеров

— И как это было? – тут же заинтересовался ротмистр.

— Быстро и кроваво, – отмахнулся Елисей. – Вы уж простите великодушно, господа, но у меня подобных историй рассказывать устанешь. Там уже сколько лет война идет. Так что захват человека дело, можно сказать, обычное.

— Так уж и обычное, – с сомнением протянул подпоручик.

— Уж поверьте на слово. Историю с графом Самсоновым слышали?

— Ну как же, обязательно! – дружно закивали офицеры.

— Вот вам и ответ. Просто в столице становится известно только о титулованных особах, а офицеров или купцов всяких людоловы часто таскают. Да и на станицы с деревнями налеты случаются. Потому их и в плен никто не берет. Сразу в расход пускают.

— Скажите, князь. А верно ли, что вы запросто в подкинутый пятак из револьвера попасть можете? – последовал новый вопрос.

— То штука нехитрая. Навык просто нужен, – небрежно хмыкнул Елисей.

— Что, вот так, запросто, пулей в летящий пятак? – не поверил ротмистр.

— Тут только свет добрый нужен и оружие знакомое, – коротко пояснил парень.

— Выходит, это вы графиню научили, как правильно на дуэли стрелять? – вдруг последовал вопрос.

— Ну, графиня, как я знаю, и сама стрелять неплохо умеет. А учить… так у меня на то и времени толком не было. Вам ли, господа, не знать, что навык в стрельбе так просто не появится. Тут практика нужна.

Быстро переглянувшись, офицеры нехотя кивнули, понимая, что парень прав. Без долгой практики все советы будут пустым звуком. Бросив очередной взгляд в сторону входных дверей, Елисей с облегчением увидел родича с невестой и, извинившись, поспешил им навстречу. Ильико с Татьяной выглядели довольными и просто лучились счастьем. Приметив припухшие губы обоих, Елисей едва сдержался, чтобы не заржать в голос, и, подойдя, вздохнул, подпустив в голос сиротства:

— Совести у вас нет, государи мои.

— Чего это вдруг? – возмутился Ильико, с подозрением рассматривая родича. О его розыгрышах он не забывал, так что в возмущение парня ничуть не поверил.

— Да я уж устал вас дожидаться. Стою один, позабыт, позаброшен, – застонал Елисей, скорчив скорбную физиономию.

— Да ну тебя, скоморох, – отмахнулся княжич, рассмеявшись. – Не обращай на него внимания, душа моя, – повернулся он к невесте. – Ему лишь бы позубоскалить. Иной раз с серьезным лицом такое рассказывает, что хоть святых выноси. Живот от смеха надорвешь.

— А тебе с того плохо, – негромко рассмеялся Елисей. – Говорил ведь, с шуткой и жить легче.

— Князь, – вдруг вступила в разговор Татьяна. – Я все спросить вас хотела. Только обещайте ответить честно и не шутить, – попросила она, настороженно глядя парню у глаза.

— Обещаю, сударыня, – подобравшись, кивнул парень.

— Признайтесь, сударь, барона с его другом у вас в доме, вы… – она запнулась, пытаясь подобрать слово.

— Я их не убивал, сударыня, – тихо вздохнул Елисей. – Случай. Судьба. Кисмет, как у нас на Кавказе говорят. Выбирайте любое слово, на свой вкус. И каждое верным окажется.

— Похоже, и вправду судьба, – вздохнула девушка с заметным облегчением.

— В толк не возьму, вам-то что за дело до того барона. Или это случайно вам какие планы разрушило? – спросил Елисей, жестко глядя на нее.

— Елисей! – попытался одернуть его княжич.

— Не сейчас, брат. Вопросы эти не с пустого места возникли, – прошипел парень в ответ. – Так что скажете, сударыня?