Книга Толмач, страница 63 – Эльхан Аскеров

— Конечно. Письменный алфавит во всех этих странах арабский. Различается только разговорная речь, – чуть пожал Егор плечами. – Но, если вам интересно, я немного знаю язык афганского народа урду. Кажется, учил еще какой-то, но пока не могу вспомнить, какой именно, – на всякий случай добавил он.

— Господа, я уже имел честь рассказать вам, как мы вообще узнали о его владении языками, – строго добавил Игнат Иванович, обрывая ажитацию собравшихся.

— Да-да, мы, конечно, помним, – закивал распорядитель этого собрания.

Судя по его реакции, дядюшка умудрился протолкнуть этот экзамен через весьма серьезных людей, так что их скепсис и интерес были вполне понятны.

— Может быть, это вам поможет вспомнить, какой именно язык вы учили, – неожиданно произнес еще один мужик, выкладывая на стол медную пластину, покрытую каким-то письменами. – Мы получили ее буквально несколько дней тому назад и еще не успели толком осмотреть. Взгляните. Ничего не напоминает? – поинтересовался он, пряча в уголках губ ехидную усмешку.

— Это же санскрит, – удивленно хмыкнул Егор, рассмотрев пластину. – На нем говорят в Индии. Но сам я этого языка не учил.

— Вы уверены, юноша? – уточнил подавший пластину мужик с заметной растерянностью.

— Совершенно. У них свое письмо, и это именно оно, – твердо ответил Егор, аккуратно опуская пластину на стол.

— Думаю, господа, всякие споры тут будут излишни, – твердо произнес Игнат Иванович, победно усмехнувшись.

* * *

Спустя три дня Егору без особой помпы, можно сказать, кулуарно, был вручен диплом Московского университета, в котором было сказано, что он является знатоком языков Среднего Востока и вообще очень грамотным человеком. На кулуарности настоял дядя. Зачем ему это было нужно, парень так и не понял, но вдаваться в подробности не стал. Раз так надо, значит, пусть будет. Ему же достаточно было диплома.

Как ни смешно это звучит, но он лучше всех местных понимал, что такое любая официальная бумага. Что называется, жизнь научила. Глядя на лежащий перед ним на столе диплом, Егор прикидывал, чем он мог бы заняться, имея на руках этот документ. Ведь теперь он совершенно официально может пойти на любую службу, связанную с переводами. Теперь он, так сказать, официальный толмач. Вспомнив свой позывной в прошлой жизни, Егор грустно усмехнулся и, вздохнув, тихо проворчал:

— Похоже, это судьба.

В кабинете его и застал дядюшка, вошедший после короткого стука. Увидев лежащий на столе диплом, он едва заметно усмехнулся и, кивнув на бумагу, иронично поинтересовался:

— Любуешься?

— Думаю, – усмехнулся Егор в ответ.

— О чем же, позволь спросить? – насторожился Игнат Иванович.

— Что делать дальше? – пожал парень плечами. – Сидеть на вашей с дедом шее будет неправильно. Но боюсь, столь молодого толмача вряд ли кто-то захочет принять на службу. К тому же я не сомневаюсь, что пара профессоров из университета сделают все, чтобы я никогда не смог получить подобную должность.

— С чего ты взял? – удивился дядя.

— Уж очень каверзные вопросы они задавали. Явно не хотели признавать, что кто-то может знать языки лучше них, – отмахнулся Егор. – О тех вещах мог знать только человек, имевший прямое общение с носителями языков. В учебном заведении подобного преподавать не станут. Нужды нет. Благо в наших местах купцов разных много бывало, потому и знаю, – добавил он, на корню пресекая все вопросы.