Книга Толмач, страница 66 – Эльхан Аскеров

— Медовая ловушка, – понимающе хмыкнул Егор прежде, чем сам сообразил, что несет.

— Весьма точное определение, молодой человек. Но позвольте спросить, откуда такие познания? – оживилась хозяйка, с интересом разглядывая его.

— Это британское выражение. Однажды наткнулся в одной книге, – разом выкрутился Егор, бросив на дядю вопросительный взгляд.

— Странно, я никогда такого не слышал, – проворчал Игнат Иванович, при этом чуть кивнув ему. – Впрочем, это теперь не важно. Главное, ты понимаешь, о чем идет речь и чему тебя может научить Екатерина Павловна. Уж поверь, лучшего мастера в подобных делах нам не найти.

— Сомнительный комплимент, – лукаво фыркнула хозяйка дома.

— Отнюдь, сударыня, – не принял дядюшка шутки. – Одно дело, просто блуду предаваться, ради мимолетного удовольствия, и совсем другое, сделать все так, чтобы мужчина в ваших руках размяк, превратившись в глину. Уж тут вам и вправду равных не имеется. Во всяком случае, я таких не знаю.

Их беседу прервало появление горничной, которая принялась накрывать на стол. Хозяйка тут же сменила тему, задавая дядюшке малозначительные вопросы и поминая каких-то их общих знакомых. Егор же, на время предоставленный самому себе, принялся внимательно ее рассматривать. На первый взгляд, ей можно было бы дать лет двадцать пять – двадцать семь. Но присмотревшись, становилось понятно, что она несколько старше. Насколько, парень и под пушечным стволом бы не угадал. Никогда не был силен в угадывании женского возраста.

К тому же все его общение с противоположным полом сводилось к покупке сеанса продажной любви. А в институте все разговоры с ним обычно заканчивались просьбой дать списать конспект или помочь перевести какой-то особо каверзный текст. А самое главное, он откровенно боялся заводить хоть какие-то отношения с девушками. Понимал, что пригласить любую из них в свой дом не сможет, потому что ее там не примут, а нарываться на очередной скандал не хотелось от слова совсем. К тому же за душой у него не было ничего, кроме самого себя. А это, в его прошлом, был один из самых главных факторов, на который девушки обращали внимание.

Стол был накрыт к ужину, и хозяйка, убедившись, что все так, как и было задумано, жестом отпустила горничную, с улыбкой предложив:

— Ну, раз уж у нас случился небольшой праздник, тогда налейте нам вина, Игнат Иванович. Станем праздновать.

— С удовольствием, Екатерина Павловна, – весело усмехнулся дядюшка, подхватывая со стола бутылку темного стекла.

— Екатерина Павловна, это настоящее имя? – вдруг спросил Егор, заставив собеседников дружно вздрогнуть.

— От чего вдруг такой вопрос, молодой человек? – удивилась хозяйка дома.

— Ну, в службе дядюшки всяческие личины люди пользуют, когда хотят скрыть свое настоящее имя, чтобы и дело сладить, и инкогнито сохранить. Вот я и подумал, – развел Егор руками.

— А он и вправду непрост, – удивленно покачала хозяйка головой.

— Об этом тебе, Егорушка, знать не надобно, – вздохнул Игнат Иванович, усаживаясь на место. – В нашей службе имеются вещи, о которых лучше не знать.

— Понятно. Значит, личина, – усмехнулся Егор, подхватывая свой бокал. – Что ж. Тогда за хозяйку дома и за умение хранить всякие, самые неприятные тайны так, чтобы все неприятности от них валились на наших врагов, – произнес он, ехидно поглядывая на дядю.