Книга Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход, страница 222 – Эльхан Аскеров

Разбудил его гул голосов и конское ржание. Высунувшись из-под бурки, Матвей обвёл лагерь сонным взглядом и, не понимая, что происходит, начал выбираться из телеги.

— Собирайся, паря, – с улыбкой велел всё тот же обозный. – Обратно ехать пора.

— Это что же, я тут всю ночь спал? – растерялся Матвей.

— Да тебя не добудиться было. Как лёг, так словно помер. Видать, крепко ты умаялся, – тихо рассмеялся казак.

— Ох, прости, дядька. Я ж, выходит, место твоё занял, –сообразил парень, вспоминая кое-что из правил походной жизни.

— Господь с тобой, казачок. Зато отдохнул. А я и у костра добре выспался, – отмахнулся обозный. – Седлай коней. Выходим скоро. Да, вот ещё. Возьми, поснедай. Завтрак-то ты проспал, а в дороге голодным брюхом бурчать не след.

— Благодарствуй, дядька. Уж и не знаю, чем отдариться, – смутился Матвей, принимая котелок с кулешом.

— Даст бог, сочтёмся, – одобрительно усмехнулся казак в ответ.

Поставив котелок на телегу, Матвей сбегал к ручью и, быстро умывшись, вернулся обратно. Смолотив кулеш, он запил его кружкой уже остывшего чая и, быстро сполоснув посуду, принялся седлать коней. Буян, так и проходивший в табуне, недовольно пофыркивал, то и дело принимаясь плясать на месте. Горячему жеребцу явно не терпелось пуститься вскачь.

— Добрый жеребец. Горячий, – одобрительно проворчал обозный, запрягая в телегу пару серых меринов.

— Так для службы и брали. Для работы вот эти имеются, – ответил парень, оглаживая заводного каурого.

Буян, ревнуя, тут же попытался укусить соперника.

— Не балуй, чёрт, – со смехом отпихивая его морду, проворчал Матвей.

— Ревнивый. То добре. Такой и в бою не подведёт, и раненого не бросит, – усмехнулся обозный, ловко затягивая подпруги на своих конях.

— Его ещё учить да учить. Под седло да в оглобли приучили, а чего серьёзное не знает, – отозвался Матвей, закидывая на каурого перемётные сумы.

Кошевые погрузили в телеги припасы и уже отмытые котлы, и сотня начала выстраиваться на просёлке. Десятники быстро проверили наличие личного состава, и вскоре раздалась команда к началу движения. Матвей чуть сжал колени, и Буян тут же двинулся быстрым шагом.

— Матвей! – послышалось сзади и парня догнал десятник Михей.

— Чего, дядька Михей? – повернулся к нему парень.

— Как стрелки твои, не подвели?

— Справно всё. Только одного я бы больше в такие засады не ставил. Витька, что из молодых. Стрелок он добрый, а вот терпежу не имеет. И молчать не может. На него уж и я, и дядька Егор рычали, а всё одно норовил сказать чего. Словно его чёрт за язык тянет. И на одном месте долго сидеть не способен. Шило в заднице. В общем, в прямом бою он управится запросто, а вот для засады никак не приспособлен.

— Есть у него такое, – качнув головой, вздохнул десятник. – Вроде и вой добрый, и стрелок, каких поискать, а вот ждать совсем не умеет. Словно и вправду шило в заднице и за язык кто тянет. Думал, хоть в засаде поймёт, что дело не простое и норов прибрать потребно. Да, видать, не судьба.

— Ну, так и ставь его в лаву. В строю ему самое место будет. Заодно и присмотрит кто из старших, чтобы в горячке голову не совал куда не надо.

— Подумаю, – задумчиво кивнул казак. – А Егор тебя хвалит. Бает, что засаду ты устроил толково, и сам особо присматривал, как казаки за камнями ховались.