Книга Северный дракон, страница 102 – Эльхан Аскеров

Быстро распахнув халат в том месте, где он пропитался кровью, Леха осмотрел рану и с облегчением перевел дух. Рана была не опасной, но телохранитель явно потерял много крови. Перевязав его, парень достал флягу и принялся вливать воду в спекшийся рот уйгура. Кашляя и захлебываясь, Боло выхлебал почти половину и, с грехом пополам открыв глаза, едва заметно улыбнулся:

— Я думал, что мне это мерещится, хотя надеялся встретить тебя еще раз, Лю.

— Что случилось? – улыбнувшись одними губами, спросил Леха. – Где девушка?

— Японцы, – коротко выдохнул телохранитель. – Они уже и в Монголии. Сначала мы прятались и уходили от них, но потом, когда вышли в степь, прятаться стало сложно. Оказалось, что тот офицер обещал награду тому, кто найдет девочку. Я дрался, Лю. Я дрался так, как никогда раньше. Но их было слишком много.

— Когда это случилось? – мрачно уточнил Леха.

— Три дня назад. Я гнался за ними, но конь не выдержал. А потом, пока шел пешком, потерял след и вышел на эту тропу. Я не умею ходить по лесу. Ты знаешь, – слабо улыбнулся телохранитель.

— Знаю, – кивнул парень, судорожно соображая, что делать дальше.

Бросить человека, готового умереть, защищая доверенную ему девушку, он просто не мог. Оглянувшись на коня и свою поклажу, Леха глухо выругался и, подскочив, принялся отвязывать от волокуш добычу. Спустя час он уложил Боло в переделанные волокуши и, закрепив у него в ногах добычу, взял коня под уздцы. Понимая, что вес поклажи сильно увеличился, Леха ласково погладил коня по морде, тихо попросив:

— Потерпи, родной. Тут уж не далеко осталось. Вернемся в село, отдохнешь, слово даю.

Словно услышав его, жеребец фыркнул и, ухватив парня бархатными губами за пальцы, первым шагнул вперед. Ведя коня быстрым шагом, Леха то и дело оглядывался на раненого, опасаясь, что увязанная на скорую руку волокуша развалится, но время шло, а она все еще держалась. В селе Леха первым делом отвез уйгура к бабке-травнице и, передав добычу своей квартирной хозяйке, кинулся собираться. Единственное, на что он позволил себе отвлечься, так это на то, чтобы распрячь и обиходить коня. В конюшне его и нашел комиссар.

— Ты где этого китайца взял? – спросил он, едва переступив порог сарая, отведенного под конюшню.

— Он не китаец, он уйгур, – буркнул Леха в ответ, быстро вычищая коня.

— А какая разница? – удивился комиссар.

— Уйгуры почти все мусульмане, а китайцы буддисты. Вера у них разная, – пояснил парень, не поворачиваясь.

— Думаешь, мне это надо знать? – хмыкнул комиссар.

— Ежели хочешь в этих местах долго жить, надо.

— Ладно, запомню, – со странной покладистостью согласился Васильев. – Так кто он такой?

— Охранитель дочери императорского судьи, – пояснил Леха. – Они от японцев в Монголии прятались, но нашли их. Его ранили, а девчонку увезли.

— Кто увез-то? Японцы?

— Они.

— И что ты делать собрался? – насторожился комиссар, заметив собранный вещмешок и японскую винтовку.

— По следу пойду, – коротко пожал Леха плечами, заводя коня в стойло.

— С ума сошел?! – вскинулся Васильев. – Я запрещаю. Не твоего ума это дело.

— Бабе своей запрещать будешь, – фыркнул Леха, закидывая на плечо винтовку. – А я стану делать то, что сам решу.

— Да я тебе…

— Что ты мне? – шагнув к нему вплотную, зловещим шепотом уточнил парень. – Запомни, комиссар. Я птица вольная. И что мне делать, решаю сам.