Книга Северный дракон, страница 99 – Эльхан Аскеров

Не ожидавший такого поворота Леха удивленно хмыкнул и, поднявшись, растерянно пожал плечами, негромко проворчав:

— Да ладно. Чего там.

— Положено отвечать: служу трудовому народу, – пряча усмешку, поправил его чекист.

— Ну, значит, служу народу, трудовому, – покладисто кивнул парень.

— Ну вот что мне с тобой делать? – неожиданно возмутился товарищ Сергей. – Вроде выучен так, что позавидовать можно, а дисциплины никакой. Вот как так-то?

— Так я ж казак, – рассмеялся Леха. – У нас перед офицерами тянуться не принято. Мы своих старшин слушаем.

— Забудь ты уже про казаков, – досадливо отмахнулся чекист. – Нет больше их.

— Как это забудь?! – вспыхнул парень. – Как это нет? А я тогда кто?

— А вот так. Нет, и все. Есть только рабочие и крестьяне. И есть Рабоче-крестьянская красная армия. И ты теперь один из ее бойцов. Вот так, – твердо, словно печать пришлепнул, заявил чекист. – И вообще, мой тебе совет. Старайся поменьше про свое происхождение вспоминать. Целее будешь, – многозначительно добавил он.

— Это что же, я родителей своих, невинно убиенных, забыть должен? – зашипел Леха так, что чекист невольно вздрогнул. – Сестренок малых, которых сожгли заживо, забыть. Или бабку свою, которая меня почитай всему и научила, мне забыть?

Голос парня очень напоминал шелест стали, вынимаемой из ножен, а глаза из карих превратились в два бездонных угольно-черных провала. Глядя на его замершее, словно каменная маска лицо, товарищ Сергей невольно подался назад, хватаясь за кобуру револьвера и понимая, что не успеет. Ничего он не успеет, если это парень вдруг озвереет и кинется убивать. Кое-как справившись с накатившим страхом, чекист медленно положил руки на стол и, помолчав, еле слышно ответил:

— Принято решение провести на окраинах государства операцию по расказачиванию населения и изъятию у него оружия. Теперь все рубежи страны будет защищать армия. А что из этого получится, непонятно. Вот потому я тебе и советую казачеством своим не козырять лишний раз. А так, парень и парень. Сразу видно, что полукровка. А не знаешь, откуда приехал, так и не поймешь, кто таков.

— Ты ж говорил, что в новом государстве национальность значения иметь не будет, – напомнил Леха, справившись с нахлынувшим бешенством.

— Ну, не все сразу. Время пройти должно, – выкрутился чекист.

— А чем казаки вашей власти не угодили? – резко сменил тему Леха.

— Сложно тут все, – проворчал товарищ Сергей, скручивая новую цигарку. – Сам знаешь, пока гражданская война шла, всякое было. Отец против сына шел. Брат на брата. Вот и с казаками так же. Одни за нас, другие против, а что в середке, сам черт не разберет. Иной казак то за белых, то за красных, а то и вообще в банду какую уходил. Потому и решили, чтобы не разводить турусы на колесах, разом всех уравнять и оружие отобрать. Ну, это я так, коротко объясняю. Там ведь много всего надумали, – свернул чекист тему.

— Хреново надумали, – помолчав, категорично заявил парень. – Очень хреново. Нельзя человеку без корней. Совсем нельзя.

— Алексей, мой тебе добрый совет. Научись уже держать свои мысли при себе. Я-то ладно. Понимаю тебя и потому никому ничего говорить не стану. А вот кто другой может и не смолчать, – наставительно посоветовал чекист.

— Это что ж, совсем ни с кем не разговаривать? – не понял Леха.