Книга Северный дракон, страница 68 – Эльхан Аскеров

— Где бы их взять, местных, – фыркнул Васильев. – Мужики почти все были белочехами в армию призваны. Их теперь после возвращения еще проверять надо. А кто остался, по возрасту уже для службы не годны. Мне б пару десятков таких, как твой Лешка, – мечтательно вздохнул комиссар.

— Я бы и от пятерых не отказался, – усмехнулся товарищ Сергей. – Но про парня, сразу говорю, забудь. Ему прямая дорога во внешнюю разведку. Он местный, а значит, тут ему и работать. И самое главное, его учили такому. Недаром же он тут каждый куст знает.

— Как-то слишком легко ты вдруг казаку поверил, – задумчиво протянул Васильев.

— Потому и поверил, что он местный казак. Всю округу знает, языками владеет, да еще и в драке твоему отряду не уступит. А что до происхождения, так это даже хорошо. Он с самого детства знал, что станет землю свою защищать. К тому его и готовили.

— То есть защищать он будет землю, а не власть? – тут же зацепился за слова комиссар.

— А что такое власть без собственной территории? – иронично усмехнулся чекист. – Что это за революция, если она не может защитить себя?

— Ну, свою революцию мы защитили, – выкрутился Васильев.

— Еще нет. И еще долго так будет. Не забывай, что для мировой буржуазии наша власть как нож острый. Такие территории, такие богатства в земле имеются, и все мимо их ртов проходит. Нет, не простят они нам подобного. Всегда будут пытаться нас задавить, – уверенно заявил чекист.

— Я что-то не пойму. Ты что, сомневаешься в том, что мы сможем защитить нашу страну? Наши достижения? – пафосно спросил комиссар.

— Ты дураком-то не прикидывайся, – скривился товарищ Сергей. – Не будь я в этом уверен, не стал бы у тебя парня забирать. К чему суетиться, если все равно отберут? Нет, защитить революцию мы точно сможем. Но вот какой ценой? Только не начинай мне рассказывать про движение народных масс и тому подобное. Рано или поздно любой народ закончиться может. И с кем тогда останемся? А ведь нам еще и собственное государство строить.

— Выходит, в мировую революцию ты не веришь? – мрачно уточнил Васильев.

— Я верю только в то, что могу потрогать собственными руками. Вот в нашу революцию я верю. Потому как сам за нее дрался, на каторге сидел и сам ее делал. А вот мировой я пока что не наблюдаю, – усмехнулся в ответ чекист. – Но кто знает, что завтра будет. Или думаешь, я парня просто так на ту сторону отправил?

— Что, листовки ему дал? – встрепенулся комиссар.

— Откуда у меня листовки? – развел чекист руками. – Их тут не напечатать.

— Тогда я не понимаю, что ты задумал, – нехотя признался Васильев.

— Все очень просто. Сначала Алексей будет иногда мелькать на той стороне. Потом, когда на него перестанут обращать внимание, мы станем через него пересылать на ту сторону листовки, прокламации и прочую агитацию. А когда он сведет знакомство с подходящими людьми, можно будет подумать о чем-то более серьезном. Но это дело не одного дня. Скорее, эта работа на годы.

— А ты не мелочишься, – удивленно протянул комиссар.

— Для того сюда и направлен, – жестко усмехнулся Сергей. – Или ты решил, что я тут эдаким барином сяду? Сам судить стану, сам карать. Нет, товарищ комиссар. У меня тут свои задачи, которые я буду решать без оглядки на любое противодействие.

— Это угроза? – подобрался Васильев.